Экосистема умной «нефтянки»

«Многие крупные высокотехнологичные компании строят свою научную политику и шире, стратегию развития, вне собственного контура. Они создают своеобразные внешние облачные R&D-экосистемы и для этого стремятся находить единое “окно в науку”, — рассказал заместитель председателя СО РАН и директор научно-образовательного центра “Газпромнефть-НГУ” доктор физико-математических наук профессор РАН Сергей Валерьевич Головин. — Индустриальным партнерам со сравнительно узкой специализацией таким окном может быть мощный институт с широким фронтом исследований — такой, как Институт ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН либо ФИЦ “Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН”. В других случаях интегратором научных компетенций выступает Сибирское отделение РАН как госучреждение, уже имеющее опыт такого сотрудничества с “Татнефтью”, “Норникелем” и другими компаниями. Третий вариант политики взаимодействия с наукой реализует “Газпром нефть”, создающая научно-образовательные центры (НОЦ) на базе ведущих исследовательских университетов России». При этом, подчеркнул Сергей Головин, слово «университет» не должно вводить в заблуждение — речь идет об интеграции возможностей всех научных и инновационных команд, работающих на определенной территории, в частности, новосибирского Академгородка с его высокой концентрацией исследований и разработок.

В коммуникационной сессии приняли участие 11 вузов Москвы, Санкт-Петербурга, Уфы, Казани, Саратова, Тюмени, Томска и Новосибирска, где действуют или проектируются НОЦ «Газпром нефти». Пятидневная программа включала представление векторов развития компании, круглые столы, ярмарки проектов и другие форматы общения. Обсуждались основные технологические вызовы, стоящие перед нефтяной отраслью — в том числе перспективы безлюдных месторождений и их цифровых двойников, экологической нейтральности, оптимизации управленческих решений, разработки газоконденсатных месторождений, строительства на мерзлоте и другие.

 

Сергей Головин

«От такого сотрудничества мы уже получаем очень многое, но многое и даем, — заметил руководитель программ Научно-технического центра “Газпром нефти” Павел Павлович Сорокин. — Мы генерируем цифровые, технологические и другие решения широким кругом команд, привлекая людей с незаурядным мышлением. У них большой опыт работы в разных отраслях, не только нефтегазовой. От фундаментальной физики и математики — до IT, биотеха, металлургии и так далее. В результате такого взаимодействия происходит трансфер идей и технологических решений». Павел Сорокин отметил, что внешние партнеры «Газпром нефти» привносят в работу по корпоративным задачам свой предшествующий опыт и создают очень продуктивную среду: «Мы формируем сообщество специалистов самого различного профиля, которые подходят к решению определенной задачи каждый со своей стороны, но, тем не менее, говорят на одном языке и мыслят на одной волне».

Университеты как учебные заведения тоже являются бенефициарами такого сотрудничества. Павел Сорокин рассказал, что «Газпром нефть» открыла в рамках НОЦ НГУ три магистерских программы: по IT-геофизике, моделированию нефтегазовых систем и нефтяному инжинирингу. «Эффективность этих программ заключается не в том, сколько специалистов пришло непосредственно к нам в компанию, — акцентировал представитель “Газпром нефти”, — а сколько остается работать у вас в Академгородке. Поскольку здесь развивается единая наукоемкая среда, очень полезная в своем единстве, слитности. Из 12 магистров мы возьмем в штат максимум двоих, а остальные будут работать и на наши, и на другие задачи в своих организациях на месте». Эти люди, по словам Павла Сорокина, играют роль медиатора между фундаментальной наукой и корпоративным целеполаганием в сфере высоких технологий (в частности, нефтегазовых). Собеседник подчеркнул ценность выпускников, увлеченных наукой и идущих работать в исследовательские институты под эгидой СО РАН — в силу качества полученного образования и некоторого практического опыта они способны сделать фундаментальные исследования практикоориентированными.

 

Павел Сорокин

Преимущество «облачных экосистем» состоит и том, что они способны вести поисковые исследования, разрабатывать на их основе новые технологии, а потом осуществлять их сервис не только для компании-организатора, но и для других клиентов. Выигрыш работы именно через университеты проявляется, как не раз подчеркивалось,  заключается в параллельной подготовке кадров и выращивании перспективных команд еще на стадии бакалавриата. Впрочем, на круглых столах говорили и о старших классах, попутно отмечая отторжение «нефтянки» некоторыми школьниками как якобы экологически вредной отрасли. Интересно было послушать про отношение к студенческим работам — в каких ситуациях они благотворны, а в каких неприемлемы. Ну а многочисленные магистерские программы «Газпром нефти» (не только в НГУ) стали на коммуникационной сессии предметом отдельного трека. И в выступлениях, и в кулуарах неоднократно отмечалось отличие этого мероприятия от «Технопрома» и Санкт-Петербургского экономического форума. Там участники демонстрируют свои достижения и транслируют их в соглашения и контракты, здесь же происходит генерация идей, которые вырастут в будущем в достижения и предметы соглашений и контрактов.

«Нам удалось наладить очень честный и предметный диалог, доходящий иногда до острых дискуссий, — охарактеризовал коммуникационную сессию Павел Сорокин. — ключевая ценность состоит не в том, чтобы показать себя с лучшей стороны, а чтобы поставить вопросы, на которых будут найдены совместные ответы». Он также поделился впечатлением о том, что между университетами практически стёрлась конкуренция за внимание и ресурсы «Газпром нефти», особенно в вопросах интеллектуальной собственности: «Когда в нас видят не однократного заказчика, а стабильного партнера, то взаимоотношения прорастают и в межвузовских взаимодействиях. Выражаются они, прежде всего, в согласованной специализации: Санкт-Перербургский университет ИТМО делает фокусировку, к примеру, на разработке наукоемкого ПО, а НГУ — на микрофлюидике. У нас появилось видение разработки целостных технологических цепочек разными по расположению и специализации командами». Обозначил Павел Сорокин и диапазон длительности решения прикладных задач в интересах «Газпром нефти» — от шести месяцев до двух лет. Темпы развития технологий в нефтегазовой отрасли таковы, что «бессмертных лабораторий» с «вечными тематиками» здесь быть не может.

«Я участвую в этих сессиях, начиная с нулевой,  и вижу большой прогресс, —  сказал на закрытии пятидневного марафона Сергей Головин, выступая “от всего Академгородка”. — Если на ознакомительном этапе просили расшифровать аббревиатуры и разъяснить организационные вопросы, то теперь у нас сформировалось единое проблемное поле, в котором мы действуем, общаясь на одном языке при согласованном понимании приоритетности и методов решения тех или иных задач. Появилось много общих планов и возможностей их реализации».  «Для нас, для науки, такое взаимодействие очень выгодно, — обобщил заместитель председателя СО РАН. — Открывается широчайшее поле для реализации всего нашего исследовательского потенциала и происходит поднастройка работы ученых на самые востребованные направления и конкретные задачи».

Подготовил Андрей Соболевский

Фото автора

Аудиогид по Академгородку получил национальную премию

Всероссийская туристская премия «Маршрут года» учреждена в 2014 году как отраслевая награда, присуждаемая по итогам открытого конкурса проектов за достижения в области создания и развития туристских маршрутов. За восемь лет проведения конкурса в нем приняло участие 2 724 проекта из 85 регионов страны. В 2022 году на соискание премии была представлена 571 заявка из 67 регионов страны. Из них только 263 проекта дошло до очного финала, который проходил с 30 октября по 2 ноября в Уфе. Сибирский федеральный округ в последнем туре заявил о себе 71 проектом из 9 регионов, два из них были разработаны в Новосибирской области. Аудиогид «Тропой науки», помогающий туристам исследовать новосибирский Академгородок, занял первое место в номинации «Лучший онлайн-маршрут в городе», опередив проекты из Кемерова, Калуги, Орехова- Зуево, Сатки и Москвы.

Аудиогид «Тропой науки» создан в преддверии Международного форума «Технопром ‒ 2022» командой Туристско-информационного центра Новосибирской области при поддержке министерства экономического развития региона. Гид знакомит гостей и жителей региона с главными туристическими объектами Академгородка. Во время экскурсии, маршрут которой самостоятельно предлагают освоить создатели «Тропой науки», туристам предоставляется возможность узнать самое важное и интересное о таких местах и объектах, как выставочный центр СО РАН, Дом ученых, сибирский геологический и палеонтологический музеи, клуб «Юность», проспект Лаврентьева, Технопарк, улица Ильича, лавочка-шпаргалка, НГУ, научно-образовательный центр «Эволюция Земли», мемориальный кабинет Коптюга, музей «Интегральный», ботанический сад, пруд с утками, дом Лаврентьева, памятники Коптюгу, Беляеву с лисой и лабораторной мыши.

«Воспользовавшись гидом, можно узнать, как жили учёные, с чего начиналась наука, увидеть необычные арт-объекты, пройти по самой умной улице. Кроме того, маршрут сопровождается картой по Академгородку, которая дополняет его различными барами, кафе, фотолокациями и местами для наиболее комфортных прогулок», — отмечает руководитель Туристско-информационного центра Новосибирской области Екатерина Углянская.

Гид доступен бесплатно в мобильном приложении «Новосибирская область», на туристическом портале Новосибирской области trip2sib.ru и на международных платформах Izi.travel. Кроме того, на платформе доступны аудиогиды для самостоятельных путешествий «Рекордная экскурсия» и «Чуйский тракт».

По материалам издания «Наука в Сибири»

«Мы решили сломать шаблон»

— Ваш институт входит в группу подразделений, которые обиходно продолжают называть «новыми факультетами». Насколько медицинское образование (о журналистике, праве и прочем не говорим) соответствует миссии НГУ?

— Медицина — изначально университетская дисциплина. В университетах средневековой Европы она присутствовала в первоочередном порядке вместе с теологией и юриспруденцией, остальные науки варьировались. Практически с таким же тривиумом в 1755 году открывался Московский университет: философия, право, медицина. Её же изучали в первом в Сибири Томском императорском университете, причем медицинский факультет в момент его основания в 1888 году был первым и целые десять лет единственным. Специализированные медицинские институты в нашей стране появились только в 1930 году. Начиналась индустриализация, здравоохранение ставилось на конвейер, «кадры решают всё» и так далее.  Требовались специалисты, тем более что врачебный корпус сильно поредел в ходе гражданской войны и последующих событий. Поэтому медицинские факультеты вывели из состава университетов в отдельные вузы и переподчинили их Наркомздраву, а там, где не было университетов (в Новосибирске, например) — создали с нуля.

В конце прошлого века начитается обратное движение: медицина, не в ущерб специализированным «кузницам кадров», начинает возвращаться в классические университеты. В 1992 году воссоздан медицинский факультет МГУ имени М.В. Ломоносова (так сказать, возвращение на историческую родину), в 1996 году такой факультет открывается в Санкт-Петербургском университете.  Причиной этого ренессанса стало стремительное развитие медицины за счет взаимодействия с другими областями знания. Стало практически  невозможным вырастить современного медика (тем более, медика-исследователя) без курсов и практик по физике, химии, молекулярной биологии, генетике и так далее. Эти курсы были и в медицинских институтах, но в недостаточном объеме, и не везде были квалифицированные преподаватели. Логичным было восстановление медицинского образования в их «естественной среде обитания» — классических университетах, где есть квалифицированные преподаватели по указанным наукам.

В настоящий момент медицинские факультеты работают более чем в 40 российских университетах, и около 20 % дипломированных специалистов-медиков составляют их выпускники. При этом только в шести городах России такие факультеты сосуществуют с медицинскими университетами Минздрава. Это Москва, Санкт-Петербург, Казань, Екатеринбург, Владивосток (Дальневосточный федеральный университет на острове Русском). И Новосибирск.

— С остальными городами ситуация понятна. Или «научно-образовательный гринфилд», как во Владивостоке, или восстановление медицинского образования в сильнейших классических университетах с давними традициями и школами. Но почему Новосибирск? Ведь НГУ — сравнительно молодой, он изначально создавался как образовательный симбиот Сибирского отделения Академии наук. Почему, при наличии в городе медуниверситета, здесь начали развивать медицинское направление?

— Потому что медицина — такая же наука, как математика, физика, биология и так далее. И первая попытка организовать в НГУ медицинское образование была предпринята еще в начале 1960-х годов. В новосибирский Академгородок был приглашен известный кардиолог Евгений Николаевич Мешалкин, и по его инициативе на факультет естественных наук (ФЕН) НГУ отобрали самых успешных студентов-медиков Новосибирска и Томска. Открывается не врачебная, а, скорее, медико-биологическая специализация, но существует недолго. Вскоре случается многократно описанный в мемуаристике конфликт, и Е.Н. Мешалкин со своей командой переходит из академического сектора в Минздрав.

Андрей Покровский

Тридцать лет спустя, в 1996 году открывается медико-биологическое отделение ФЕН. Теперь процесс идет по восходящей и без сбоев. В 2002 году наш университет получает государственную лицензию на ведение образовательной деятельности по специальности «лечебное дело». 2003/2004 учебный год становится первым для уже чисто медицинского отделения ФЕН, которое в том же 2003-м выделяется в отдельный факультет. Так что «новый факультет» — понятие относительное, мы готовимся отметить двадцатилетие. Еще одна важная юридическая процедура прошла в 2009-м: аккредитация университета по специальности «лечебное дело», после чего состоялся первый выпуск специалистов с официальным правом на врачебную деятельность. Наконец, в 2016 году в НГУ произошел ряд внутренних слияний — из двух факультетов, психологии и медицинского, образовался Институт медицины и психологии.

Сегодня он состоялся как конкурентоспособный центр подготовки специалистов-медиков на современной, серьезной научной основе.  В первые три года обучения студенты (у нас их на потоке свыше 60 человек), помимо предусмотренных стандартом клинических дисциплин, изучают химию, физику, генетику, молекулярную биологию, проходят расширенный курс английского языка. То есть базовое образование приближено к тому, которое получают студенты-биологи, занятия проходят здесь, в университете.  И этим 60-ти студентам преподают шесть членов РАН, 39 докторов и 54 кандидата наук! Следующие три года наши студенты в основном практикуются в клинических учреждениях. Новосибирск ими исторически очень насыщен. Это и федеральные центры Минздрава (такие, как НМИЦ им. Е.Н. Мешалкина), и условно «академические» (в подведомстве Минобрнауки, например ФИЦ фундаментальной и трансляционной медицины), а также госбюджетные и частные клиники. В общей сложности у нас более 40 клинических баз, и студенты могут знакомиться с организацией и практикой медицинской помощи в различных масштабах и форматах, при разной специфике.

О качестве подготовки специалистов в ИМПЗ НГУ можно судить по рейтингам. Мы стабильно занимаем в России 2-4 места среди всех университетов, готовящих врачей: и Минобра, и Минздрава, и частных. Новосибирский университет в 2020 году впервые вошел в международный рейтинг QS по медицине и стабильно занимает там 6-7 места среди, опять же, всех вузов Российской Федерации; в рейтинге Times соответственно 3-5 места. Многое зависит от критериев рейтингования и их значимости, но вхождение в группу лидеров очевидно так или иначе.

— Вы коснулись международных рейтингов. А насколько активны зарубежные связи института? Не обрушили ли их последние события?

— Медицинская наука, как и любая другая, по определению интернациональна. Наш институт создавался и рос как открытый миру, мы сразу стали строить коллаборации с зарубежными университетами и исследовательскими центрами. В их числе — знаменитая берлинская клиника (а на самом деле еще и научный институт) «Шарите»,  университеты Пизы (Италия), Бен-Гурион (Израиль)и Калифорнии, калифорнийская же Keck school of medicine. Не скрою, что пандемия ковида и обострение международной обстановки повлияли на интенсивность контактов с иностранными коллегами, но вовсе не свели их к нулю. Работает зеркальная кафедра анестезиологии и реаниматологии, которую с нашей стороны возглавляет доктор медицинских наук Сергей Викторович Астраков, с американской — иностранный член РАН профессор Владимир Лазаревич Зельман. В Медицинском научно-образовательном центре НГУ (МНОЦ НГУ), относящимся к нашему институту, с 2019 года совместно с зарубежными партнерами ведутся клинические испытания по пяти протоколам. Мы продолжаем готовить специалистов из многих стран мира: сейчас, кстати, к нам едет аспирант из Канады. А в нынешнем году состоялся первый выпуск десяти иностранных дипломников по англоязычной программе. В целом с 2017/18 учебного года количество зарубежных студентов ИМПЗ НГУ удвоилось.

— Можете ли вы кратко сформулировать принципиальную разницу между медицинским образованием в минздравовском университете (ранее мединституте) и в классическом, в частности, в НГУ?

— Первое принципиальное различие я уже назвал. Это изучение на младших курсах ряда фундаментальных научных дисциплин, причем в увеличенном объеме. Второе — это сильная ориентация на исследовательскую деятельность, что выражается, к примеру, в обязательной защите выпускной квалификационной работы. После чего перед дипломантом открываются три основных траектории. Первая — работать врачом поликлиники, для чего к диплому должна добавиться государственная аккредитация (обычно ее получают без особых проблем). Вторая — ординатура, то есть дополнительная подготовка по узкой специализации. Ординаторы — руки и ноги здравоохранения, герои сериалов, готовые работать по 12-14 часов в сутки. В то же время они ведут исследования по определенному направлению, опираясь не только на свой практический опыт, но и множество научных источников. Выпускник ординатуры получает возможность работать врачом узкой специальности в соответствующем учреждении. И, наконец, аспирантура — самая наукоориентированная стезя, курс на медико-биологические исследования.  И ординатура, и аспирантура у ИМПЗ собственные.

— Мы говорим о медиках, но в Институте два направления, и психологи пока что как бы в тени нашего разговора…

— Просто мы начали с медицины как изначального атрибута университетского образования. Подготовка психологов в НГУ нисколько не слабее подготовки медиков. Оба процесса отчасти взаимосвязаны — например, через единственную в России кафедру нейронаук во главе с академиком Любомиром Ивановичем Афтанасом. Там апробируются оригинальные новое методики — например, zebra-fish с использованием аквариумных рыбок в качестве модельных организмов.

Вместе с тем у психологов свои авторитетные преподаватели и методики (даже с примением детекторов лжи и электроэнцефалографов), свои специализации и траектории выпускников. Некоторые поступают в профильную магистратуру и аспирантуру (тоже нашу собственную), другие сразу ищут работу. И достаточно часто находят ее в крупных корпорациях и компаниях, где требуются HR-менеджеры с психологическими компетенциями. Еще одно достаточно распространенное  применение  психологов — работа с аутистами и их родителями. Ну и частная практика, индивидуальная помощь пациентам: в последнее время, увы, ее востребованность возросла.

Попутно этот факультет оказывает, при необходимости, психологическую помощь всем студентам и сотрудникам НГУ.

— Институт носит имя известного ученого-медика Владимира Зельмана, работающего в Калифорнии. Независимо от местопребывания, это необычно для российской практики: называть что-либо в честь живущего человека…

— Владимир Лазаревич — человек удивительной судьбы. Сын извозчика из украинского городка Сквира с детства хотел стать врачом, закончил школу с золотой медалью. В Киевский мединститут его не приняли по пресловутой «пятой графе». Тогда Володя Зельман поехал в Новосибирск, где служил в армии его брат — и поступил, причем как медалист без экзаменов.  С этого момента он считает себя обязанным нашему городу и всей Сибири за сбывшуюся мечту. Получив диплом, В. Зельман работал анестезиологом в клинике Мешалкина, затем в санитарной авиации на  Севере, участвовал в организации Тюменского медицинского института. Об организации работы в условиях Крайнего Севера он доложил на первой в Советском Союзе конференции анестезиологов в июне 1965 года в Москве, после чего медику предложили остаться в столице. И не где-нибудь, а в 4-м главном управлении Минздрава СССР, проще говоря, «кремлевке».

И здесь случился еще один поворот биографии Владимира Лазаревича. Однажды его срочно вызвали к иностранному пациенту, которому стало плохо. Им был американский миллиардер Арманд Хаммер (тоже, кстати, врач по специальности) — легендарная личность, большой друг СССР, имевший документ от Ленина с допуском к Владимиру Ильичу в любое время суток. Теперь, уже в преклонных годах,он приехал к другому Ильичу — Леониду Ильичу Брежневу. Зельман «откачал» Хаммера и тут же получил приглашение стать его личным доктором. Будучи в большом авторитете у советского руководства, Хаммер быстро уладил все формальности… И из Сибири через Москву Владимир Зельман попал в Калифорнию. Там он и практиковал, и преподавал в различных университетах — буквально до последнего времени, когда в 85 лет тяжело переболел ковидом и потерял глаз в результате неудачной операции. Сегодня его можно уверенно назвать научным светилом мирового уровня.

 

Владимир Зельман

Все эти годы Владимир Лазаревич Зельман не просто сохранял контакты с советскими и российскими коллегами, но оказывал профессиональную, лоббистскую и финансовую помощь. В. Зельман — иностранный член РАН, почетный профессор Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге и Новосибирского государственного медуниверситета. Входит в состав академических советов НГУ, университета Сколково, Балтийского федерального университета им. И. Канта в Калининграде и еще нескольких. Регулярно, не реже раза в год, приезжал в Новосибирск, привозил с лекциями и консультациями ведущих медиков США. Лоббировал, в лучшем смысле слова, нашу медицинскую науку — например, добился включения России в программу «Энигма» по изучению работы головного мозга, возглавляемую профессором Полом Томсоном.

Владимир Зельман высоко ценит новосибирский Академгородок, называя его «уникальным научным конгломератом» с «особой атмосферой творчества».  Поэтому помогал и помогает не только нашим медикам, но и всему университету. Решение включить фамилию Зельмана в название Института медицины и психологии принималось ученым советом НГУ. И недоумение, прозвучавшее в вашем вопросе, было отринуто. Мы решили сломать шаблон. Не все традиции хороши: зачем обязательно ждать кончины человека, чтобы в полной мере отдать должное его заслугам? К тому же в Академгородке одна из улиц носит имя здравствующей Валентины Николаевны Терешковой — первой в мире женщины-космонавта.

— В последнее время в СМИ и социальных сетях ваш институт упоминается в связи с вырубкой леса под строительство новых зданий: учебного корпуса и университетской клиники. Что это за объекты, зачем они нужны?

— Начнем с учебного корпуса. ИМПЗ размещается сегодня в корпусе ректората НГУ, который еще какое-то время будут называть новым. Это, по существу, офисное здание. Кабинеты и аудитории, больше ничего. А для медицинского образования необходима разнообразная и современная лабораторная инфраструктура. Речь не только о приборах и ином оборудовании, но и, что очень важно, специальных помещениях. Где есть чистые комнаты и стерильные боксы, особая вентиляция и многое другое. Парадоксально, но факт: наш университет с его исторически сложившимся естественнонаучным уклоном, имеет всего один малоэтажный лабораторный корпус по улице Ляпунова. Он построен в конце 1960-х годов, давно не отвечает современным требованиям и интенсивно используется ФЕН НГУ. Нам приходится выкручиваться за счет аренды площадей в институтах,  за счет возможностей сторонней клинической базы и так далее. Но новый корпус, прежде всего для лабораторных работ, нужен «как хлеб и воздух» не только нашему институту, а практически всему университету.

— А зачем клиника? Ведь уже построен и работает упоминавшийся вами медицинский центр НГУ рядом сновыми общежитиями на той же улице Ляпунова?

— Медицинский, но не клинический. Медицинский научно-образовательный центр НГУ — амбулатория, в которую пациенты приходят и уходят, без возможностей стационара. Амбулатория позволяет решать многие задачи. Например, проводить клинические (то есть на особым образом подобранных добровольцах) испытания новых препаратов и других медицинских изделий. В частности, в МНОЦ завершены испытания нового ноотропного препарата для улучшения деятельности мозга, в настоящее время идет третья фаза клинических испытаний антиковидной вакцины, разработанной Федеральным научным центром исследований и разработки иммунобиологических препаратов им. М. П. Чумакова РАН. В МНОЦ проходят учебные занятия, там ведутся профосмотры и врачебные приемы для студентов и сотрудников университета, а также всех желающих на платной основе.

 

МНОЦ НГУ

Но клинические испытания не делают амбулаторию клиникой. Для медицинского образования необходимо наблюдение пациентов день за днем круглые сутки. На сегодняшний день проблема решается в клиниках Новосибирска, но в третьем по величине городе России не очень удобно ездить из Академгородка в Горбольницу или тем более Мочище. Поэтому в план развития инфраструктуры НГУ было заложено строительство университетской клиники на 300 коек, оборудованной, как говорится, по последнему слову. Томографами разных типов, маммографами, другими диагностическими аппаратами, техникой и оборудованием. В комплекс зданий клиники запланирована гостиница для пациентов и их родственников.  Прилагательное «университетская» не должно вводить в заблуждение. В рамках программы «Академгородок 2.0» видится единая клиническая базы для подготовки студентов, ординаторов и врачей НГУ и НГМУ, а также для внедрения разработок институтов СО РАН. В их числе могу назвать диагностические тепловизоры Института физики полупроводников им. А.В. Ржанова СО РАН, комплекс мобильного оборудования для проведения анализа крови из Института химической кинетики и горения им. В.В. Воеводского СО РАН, различные лазерные системы медицинского назначения и многое другое.

Важно и то, что многопрофильная университетская клиника (работающая практически по всем специальностям, включая особо актуальную для Академгородка педиатрию и детскую хирургию) должна будет лечить жителей научного центра, в том числе и в рамках обязательного медицинского страхования. Что же касается вырубок… Всем, кроме нескольких особо непримиримых активистов, понятно, что площадка под строительство расчищена (с сохранением ценных пород) в необратимо умирающем лесу. Его губит нашествие американского клена и корневой губки: во время последней бури снова упало несколько десятков мертвых и больных деревьев, причем одно поперек улицы Пирогова, другое — на тротуар проспекта Коптюга. Машины и люди не пострадали по счастливой случайности. Не буду вдаваться в административные и юридические моменты этой истории, здесь более компетентны хозяйственные, строительные и другие службы НГУ. Но скажу в целом: Академгородок должен развиваться. Ему не пристало оставлять впечатление места, где остановилось время.

— И традиционный завершающий вопрос: каковы планы на ближайшее будущее?

— О перспективе наращивания инфраструктуры мы только что поговорили. Что же до учебного процесса как такового, то в ближайший год мы планируем открытие двух новых образовательных программ: «Фармация» со специализацией в области нейрофармакологии и «Медицинская кибернетика» совместно с механико-математическим факультетом НГУ.

Беседовал Андрей Соболевский

Фото автора (портрет), Университета Сколково (В.Зельман) и из презентации ФМПЗ НГУ

Студенты НГУ отличились на Всероссийской конференции

В мероприятии  приняло участие более 120 молодых ученых из 18 городов: Новосибирска, Томска, Иркутска, Казани, Москвы, Санкт-Петербурга, Петропавловска-Камчатского, Сургута, Уфы и других. Ученые обсуждали актуальные результаты исследований молодых научных сотрудников, аспирантов и студентов старших курсов в области математического моделирования, задач искусственного интеллекта, высокопроизводительных вычислений, обработки, защиты и хранения информации и некоторых других. Организаторы мероприятия — ФИЦ ИВТ, Новосибирский государственный университет, НГТУ НЭТИ, СибГУТИ, Институт вычислительного моделирования СО РАН и Институт динамики систем и теории управления им. В.М. Матросова СО РАН.

В числе не только участников, но и победителей конференции — студенты НГУ, в частности студент магистерской программы «Нефтяной инжиниринг и математическое моделирование» механико-математического факультета  НГУ Степан Кармушин. Его работа посвящена  математическому моделированию реологии неньютоновских вязкоупругих жидкостей, которые используются в нефтедобыче.

«Лично моей целью было не получить диплом победителя, а поделиться результатами своей работы и послушать о результатах коллег, чтобы потом вместе их обсудить, поэтому атмосфера была исключительно дружеская. Знакомились, обменивались контактами, может, когда-нибудь в будущем и совместные исследования будем вести. Хотя, конечно, конкуренция ощущалась, потому что у большинства ребят работы были, на мой взгляд, очень сильные. Став победителем, чувствую, что двигаюсь в верном направлении», — поделился впечатлениями Степан.

Все победители получили дипломы и небольшие сувениры. Сборник тезисов докладов, представленных на конференции, будет опубликован в электронном виде и проиндексирован в РИНЦ.

По материалам пресс-службы НГУ, фото ФИЦ ИВТ

СО РАН: пять лет развития

У любого  периода полномочий избираемого на пять лет руководства — как РАН, так и её региональных отделений — всегда есть своя специфика, нередко очень острая. Особенно явно это проявилось при первых после 2013 года выборов осенью 2017 года. Действительно, в 2013 году произошла коренная ломка устоявшейся за многие десятилетия системы жизни в Академии.  Пореформенные реалии потребовали использовать принципиально новые и еще мало опробованные подходы к управлению академической наукой.

 

К сожалению, произошедший в 2013 году перелом в жизни РАН закреплен законом, который, как известно, надо выполнять в любом случае. А изменение или хотя бы частичная коррекция законов — очень сложная процедура, которая зависит от множества чрезвычайно мало подвластных научному сообществу факторов и после лихих 90-х годов нередко приводит к хорошо известному в России результату: «хотели как лучше, а получилось как всегда».

 

Таким стал и 2013 год, когда созданная еще Петром Первым уникальная и не имевшая себе равных в мире структура, призванная обеспечивать государство рекомендациями, знаниями и столь необходимыми новейшими технологиями, внезапно стала (не побоюсь этого сказать — и по своей вине тоже) почти изгоем общества. Академию лишили возможности исполнять ее главную миссию — активно управлять развитием фундаментальной науки в стране и, как следствие, создавать  надежные основы для ее будущего. Конечно же, речь идет о проведенном  «из  лучших побуждений»  превращении РАН в почти беспомощный «клуб», поскольку из Академии в ходе поспешной реформы была изъята ее наиболее конструктивная и креативная сила  — научные институты.

 

О произошедшем сказано и написано очень много, и мне не хотелось бы вдаваться в эту полемику, которая с очевидностью будет вестись еще годами. Моя задача — попытаться показать, как руководство Сибирского отделения РАН, избранное в конце 2017 года и получившее в свои руки штурвал изрядно потрепанного упомянутыми штормами корабля, всё же решилось, опираясь на уже имевшийся опыт управления некоторыми научными организациями в условиях нестабильной квазирыночной экономики, пойти на решение многих, несомненно важнейших для Сибирского отделения задач, в значительной мере  опираясь только на собственные силы и опыт.

 

Валентин Пармон

 

Безусловно, основной целью при этом было сохранение и, при необходимости, даже восстановление в новых условиях позиций СО РАН как лидирующего и наиболее интегрированного центра фундаментальных и поисковых исследований в России. А также, что крайне важно — как основного координатора науки и интеллектуального центра на огромной территории Сибирского региона, обеспечивая при этом выполнение задач, поставленных новым законом перед Российской академией наук и ее Сибирским отделением.

 

Не вдаваясь в детали огромного объема обозначенных этим законом рутинных задач, связанных в основном с экспертными функциями РАН, в момент выборов мы публично озвучили дополнительные задачи, решение которых было необходимо для сохранения лидирующих позиций СО РАН и могло опираться на наши реальные возможности без выхода из законодательного поля. Это:

-выполнение основной миссии РАН — максимального содействия возрождению и развитию экономики страны, укреплению ее обороноспособности в новых условиях;

-обеспечение системного решения кадровых и смежных с ними проблем Сибирского отделения (проблемы членства в РАН, проблемы молодежи, жилья, корпоративного целевого здравоохранения и многое другое);

-сохранение координирующей и научной роли ОУСов как главных носителей структурированного потенциала науки и научной компетенции в Сибири;

-завершение полноценной интеграции с СО РАМН и СО РАСХН, вошедших в СО РАН в 2013 году;

-восстановление взаимопонимания и конструктивного сотрудничества со всеми институтами государственной и региональной власти;

-создание интегрированного научного центра федерального значения на базе Новосибирского научного центра;

-инициирование в СО РАН крупных мультицисциплинарных исследовательских проектов в интересах решения проблем России и крупнейших отечественных компаний и госкорпораций;

-развитие интеграции с региональными университетами по вопросам как подготовки кадров для науки, так и осуществления совместных исследований;

-оптимизация сотрудничества СО РАН с малым и средним наукоемким бизнесом, содействие созданию и развитию новых технопарков и инжиниринговых структур, в том числе в интересах реализации достижений аграрных и медицинских наук;

-возвращение к идее М.А. Лаврентьева о создании вокруг научных институтов (а теперь и университетов) «пояса внедрения» практических результатов научных работ на современном уровне;

-объединение ученых для решения насущных задач сохранения экосистем региона, страны и планеты в целом.

Пять лет для новой команды, да еще в условиях практически выброшенных из активной работы двух лет тотальной пандемии, — это очень мало для полного выполнения публично озвученных задач. Тем не менее, по нашему мнению, получилось всё же многое. Ниже тезисно изложены некоторые итоги.

-Самый главный для СО РАН вопрос — это его кадровый состав, причем в новых условиях — академический. Результаты здесь есть. За прошедшие 5 лет в результате плотной работы как президиума СО РАН, так и, в первую очередь, всех ОУСов по направлениям наук численность членов РАН в составе Сибирского отделения  увеличилась с 212 до 227 человек. При этом произошло существенное улучшение беспокоившего все ОУСы соотношения численности членов-корреспондентов к численности академиков, стало 122:105 против исходного 109:103. Наиболее «урожайными» были выборы нынешнего 2022 года: всего по СО РАН были избраны 7 академиков и 29 членов-корреспондентов РАН. При этом существенно улучшилось соотношение членов РАН по регионам Сибири и Новосибирска: среди вновь избранных 29 членов-корреспондентов РАН почти половина пришлась на региональные научные центры СО РАН (13 человек). Численность наиболее перспективного резерва для Академии — профессоров РАН в Сибирском отделении также существенно увеличилась, с 75 до 111 человек.

-Продолжается традиция строительства жилья в формате ЖСК. Так, за пятилетие только в новосибирском Академгородке почти тысяча наших сотрудников  получили квартиры в новых домах «Бозона», «Протона» и других новостроек. Впервые в истории пореформенной РАН идет согласование документов на строительство жилья не только кооперативами, образованными научными институтами СО РАН,  но кооперативом с инициатором непосредственно ФГБУ « СО РАН».

-Наконец удалось решить остававшийся уже более десятилетия наиболее болезненным вопрос о качественном бесплатном медицинском обслуживании членов академии и квалифицированных научных сотрудников СО РАН. Так, в результате более чем трехлетней настойчивой работы руководства СО РАН специальным распоряжением Правительства РФ с июня этого года все входящие в Сибирское и другие региональные отделения РАН члены академии и их семьи прикреплены к самому квалифицированному в регионах России медицинскому ведомству: Федеральному медико-биологическому агентству (ФМБА).  Учреждения ФМБА имеются практически во всех крупных городах Сибири, где расположены и наши региональные центры. Ожидаем, что с августа существенно улучшится обслуживание и в изрядно потрепанном за последние годы бывшем «докторском диспансере» новосибирского Академгородка.

-Объединенные ученые советы СО РАН по наукам сохранили свои позиции в качестве главных носителей структурированного научного потенциала и компетенций СО РАН и существенно дополнили свой состав: сейчас в ОУСы в обязательном порядке входят профессора РАН и многие специалисты комплементарных университетов Сибири. Именно наши ОУСы взяли на себя основные функции подготовки конструктивных ответов на глобальные вызовы, возникшие в связи с начавшейся в 2020 году пандемией и с недавно объявленной России жесточайшей технологической блокадой.

-В Сибирском отделении произошла полноценная интеграция прежнего СО РАН с СО РАМН и СО РАСХН, вошедших в состав СО РАН в 2013 году. В частности, это проявляется в равноправном участии всех, независимо от предыстории, научных организаций и специалистов как в проведении научных совещаний, так и в работе по общим мультидисциплинарным проектам.

-Обеспечено конструктивное сотрудничество со всеми институтами государственной и региональной власти. Это вылилось, в частности, в разработку и утверждение Правительством РФ в 2018 с участием полпреда Президента РФ по СФО С.И. Меняйло Плана комплексного развития СО РАН и с участием губернатора НСО А.А. Травникова — программы развития Новосибирского научного центра («Академгородок 2.0»). Специалисты СО РАН —  непременные участники решения многих региональных вопросов, входят в органы управления субъектами Федерации. Само Сибирское отделение было принято ассоциированным членом Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» (МАСС).

-Реализуется, хотя и медленно, согласованная с Правительством РФ программа развития Новосибирского научного центра — «Академгородок 2.0». Тем не менее, ускоренными темпами идет строительство крупнейшего  российского объекта уровня мегасайнс — ЦКП «Сибирский кольцевой источник фотонов» (СКИФ) в наукограде Кольцово. В таком же ритме происходит расширение и реконструкция кампуса Новосибирского государственного университета. Утверждены инвестпроект  на почти кратное расширение площадей новосибирского Академпарка и мастер-план строительства нового микрорайона  «СмартСити-Новосибирск» между традиционным Академгородком и наукоградом Кольцово.                                                                                     

-ННЦ выиграл конкурсы на создание национальных центров международного уровня (НЦМУ) по математике и двух центров генетических технологий. Создан Центр  мирового уровня «Передовые цифровые технологии» в Тюменском государственном университете. Выиграны конкурсы на создание  Центров компетенций НТИ по водородной энергетике (ФИЦ «Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН») и новым материалам (Новосибирский государственный университет), инженерных центров в НГУ и Институте теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН.

-Кратно расширена инфраструктура лицея №130 им. ак. М.А. Лаврентьева, сданы в эксплуатацию гимназия № 3 в Академгородке и лицей «Технополис» в Кольцово. Согласовано долгожданное строительство детской музыкальной школы в Академгородке, идет работа по коренной реконструкции транспортной сети в ННЦ. Конечно, самым больным местом в реализации программы «Академгородок 2.0» является развитие научной инфраструктуры в виде запланированных центров коллективного пользования вокруг наших институтов. Это развитие возможно при вливании непосредственно федеральных ресурсов, что стало пока маловероятным.

-Крупнейшим успехом СО РАН в самые последние годы стало возрождение системы инициирования и реализации крупных интеграционных мультидисциплинарных проектов в новых условиях, когда по закону №253-ФЗ ни РАН, ни ее региональные отделения не имеют права выступать в качестве главного распорядителя бюджетных средств для проведения научных исследований. Тем не менее, и в этих условиях Сибирское отделение всё же смогло доказать, что оно является полноценной научной организацией, способной участвовать, наряду с НИИ и вузами, в конкурсе на гранты-«стомиллионники». ФГБУ «СО РАН» заявилось как научная организация, подав проект «Создание теоретической и экспериментальной платформы для изучения физико-химической механики материалов со сложными условиями нагружения» под руководством академика В.М.Фомина и выиграла конкурс.  Одновременно в том же 2020 году по просьбе полпреда Президента РФ по Сибирскому федеральному округу всего за  три недели СО РАН организовало и обеспечило проведение на средства ПАО «ГМК Норникель» комплексной Большой Норильской экспедиции по исследованию причин и последствий крупной экологической аварии вблизи Норильска с участием 14-ти институтов СО РАН из семи городов. Второй этап этой экспедиции с таким же широким участием НИИ был проведен в 2021 году, сейчас идет третий этап. В текущем 2022 году также по инициативе и за счет «Норникеля» СО РАН организовало и проводит еще более крупномасштабную Большую научную экспедицию по исследованию биоразнообразия на всех территориях, от Забайкалья до Кольского полуострова, где расположены производственные и логистические объекты «Норникеля».

Сходные мультидисциплинарные интеграционные проекты с участием большого числа НИИ и вузов инициированы СО РАН также по заказам ПАО «Татнефть», ПАО «Газпром нефть», АФК «Система» и многих других крупных компаний.  Для системной работы по организации и обеспечению таких проектов в структуре СО РАН создано специальное подразделение — Центр управления проектами, а также, впервые в системе пореформенной РАН,  несколько хозрасчетных научных подразделений. 

-Сибирскому отделению удалось, несмотря на многочисленные «набеги» извне, сохранить всю доставшуюся после 2013 года в наследие от прежнего СО РАН инфраструктуру в Академгородке. Это создало прочный фундамент для внебюджетной поддержки наших научных и научно-популярных журналов, а также решения многих затратных социальных задач типа ремонта и содержания сохранившихся в ведении СО РАН общежитий и спортивных сооружений, плюс хотя бы частичное поддержание в приличном виде лесов и улиц Академгородка. Это тоже очень непросто, так как  в Академгородке сейчас семь (! — как в известной пословице) хозяев.

-Существенно расширено взаимодействие с университетами Сибирского макрорегиона, в том числе путем участия СО РАН в создании мультидисциплинарных региональных НОЦ, а также вовлечения вузов в комплексные проекты СО РАН и работу ОУСов СО РАН. Сибирское отделение постоянно взаимодействует с Минобрнауки России по экспертизе и согласованию как тематик научных исследований в региональных вузах, так и тематик вновь образуемых молодежных лабораторий. С помощью СО РАН произошло существенное обновление приборного парка ведущих вузов Сибири. Так, только НГУ за пять лет получил новое оборудование на сумму немного менее 1 млрд. рублей. Совершенно новым опытом укрепления взаимодействия университетов с научными институтами СО РАН стало создание Иркутского филиала Сибирского отделения, в самой идее которого было заложено создание такой координации на уровне субъекта Федерации.

-Развивается сотрудничество с малым и средним наукоемким бизнесом, как путем содействия в развитии новосибирского Академпарка, так и через образуемые НОЦы. Для активизации этого процесса в 2020 году в Правительство РФ была подана заявка на создание Инновационного научно-технологического центра (ИНТЦ) «Новосибирский научный центр» в формате  технологической долины в рамках закона №216-ФЗ. К сожалению, начавшаяся пандемия прервала согласование этого проекта, столь важного для развития  лаврентьевского «пояса внедрения». Тем не менее,  новая версия проектной документации  находится на стадии разработки. Для повышения эффективности взаимодействия с бизнесом СО РАН учредило новый  журнал «Наука и технологии Сибири», интерес к которому превзошел все наши ожидания.

-Активнейшим образом все пять лет работал Научный совет СО РАН по проблемам озера Байкал, доказавший свою способность на самом высоком уровне отстаивать будущее великого Озера. Заработал новый Научный совет СО РАН по проблемам экологии Сибири и Восточной Арктики.

 

Хотелось бы надеяться, что опыт,  самостоятельно приобретенный Сибирским отделением в решении многих затронутых проблем, станет использоваться и «большой» Академией наук. Именно для этого Сибирское отделение выдвинуло кандидатом на пост президента РАН одного из наиболее опытных членов нынешнего руководства  нашего Отделения — его главного ученого секретаря, директора Института теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН, члена президиума РАН академика Дмитрия Марковича.

 

Как всегда, в ходе решения многих задач выявилось множество как ожидавшихся, так и совсем непредвиденных проблем. В минувшем пятилетии абсолютно неожиданной преградой, затянувшей, но, к счастью, не поставившей крест на решении многих поставленных задач, оказалась тотальная пандемия. Она вызвала серьезный и затяжной спад в экономике страны и секвестр научных бюджетов. В результате  замедлились и научные исследования в лабораториях, клиниках, экспедициях и на опытных полях.

 

Второй тоже абсолютно непредвиденной проблемой стала обрушившаяся весной этого года тотальная экономическая, политическая и технологическая изоляция России со стороны большинства западных и ряда примкнувших к ним стран, которые и ранее «сквозь зубы» наблюдали за происходившим шаг за шагом восстановлением сил и военного и политического суверенитета России. Сибирское отделение одним из первых в РАН откликнулось на участие в решении возникших проблем путем координации научных работ для противодействия пандемии и решения вопроса восстановления технологического суверенитета России. Так, именно СО РАН с нынешнего года обеспечило полную импортонезависимость страны по стратегически важным катализаторам нефтепереработки. Многие технологические решения и предложения СО РАН переданы в РАН по 12-ти находящимся в компетенции Сибирского отделения направлениям и руководству страны для реализации.

 

Как говорят в России, нет худа без добра. Вынужденная тотальная изоляция страны  стала очень сильным стимулом для восстановления технологического суверенитета  России и созидательной роли отечественной науки и, как мы надеемся, ее величия, о чем на протяжении последних десятилетий нам приходилось только мечтать.

 

Учитывая всё это и, безусловно, рассчитывая на поддержку здравых сил общества в восстановлении роли Академии наук, к уже решенным задачам на ближайшее пятилетие следует прибавить постановку, пока в рамках существующего законодательства,  не до конца решенных ранее задач, и добавить многие новые, о которых мы, хотелось бы надеяться, еще неоднократно побеседуем на страницах и сайте «Науки в Сибири».  В частности, это касается восстановления   лидирующих позиций  не только российской науки, но и экономики  Сибири и страны в целом. Это ставит в число первоочередных задач  продолжение поиска и реализацию адекватной отечественной модели развития и использования интеллектуального потенциала страны. Россия способна вернуть утраченное научное и технологическое лидерство.  Нынешняя обстановка явно способствует этому. С нашим человеческим потенциалом, природными ресурсами, обширной территорией нет ничего невозможного, несмотря на сложную внешнеполитическую и экономическую ситуацию. У СО РАН  были  и есть все предпосылки оставаться  площадкой создания и развития новой модели управления научным потенциалом страны.

Фото ТАСС, Юлии Поздняковой, Славы Gelio Степанова (анонс)

От какого наследства мы отказываемся или дорогá ли Болонья?

В последнее время опять активизировались разговоры о том, что российской системе высшего образования нужно отказываться от участия в Болонской системе, что она к нам не подходит, что нам нужна своя отечественная система и т. д.  Подобные разговоры вспыхивали неоднократно. И каждый раз тема сводилась к так называемой двухуровневой системе обучения — бакалавриат плюс магистратура (4+2). Полагаю, что такая скукоженная версия и примитивизация всего разговора нас заведет в очередной тупик. А посему надо бы нам разобраться в предмете. Разобьем его на ряд вопросов.

Первое.

В свое время Болонская система была принята в Евросоюзе сугубо по политическим мотивам: европейские страны выстраивали единый союз с единым пространством коммуникаций и взаимодействий, построенных на совместных программах, прежде всего экономического сотрудничестве, дабы выстроить свой полюс силы. К этому решению пристегивались и другие приложения и направления — наука, образование (школы и университеты), культура и проч. Европейским странам нужно было договориться о единых стандартах качества образования и требованиях к квалификации выпускников. Это сугубо политическое действие! Надо было, чтобы стандарты качества и квалификация в разных европейских странах были сопоставимы. И всё. При чем тут вообще содержание образования? Количество лет обучения? Все остальное — лишь механизмы реализации этого политического решения. С этим связаны и идеи академической мобильности (студентов и преподавателей), и взаимный зачет пройденных дисциплин в виде образовательных кредитов и т.д.

Итак, система принята по политическим соображениям! И только на втором месте – образование, содержание обучения и проч. Россия же вошла в эту систему также сугубо по политическим соображениям. Дабы показать, что мы, мол, свои. Примите нас в европейскую семью.

В таком случае что означает выход из Болонской системы? Это опять сугубо политическое действие. Почти никто не обсуждает содержание образования.

 

Болонский университет. Тот самый

 

Второе.

Проблема заключается вовсе не в том, сколько лет учится студент на бакалавриате или в магистратуре. В современных университетах бакалавриат и вовсе сокращается до трех лет, а магистратура  до  года. По простой причине: если модель обучения строится по проектному принципу, то почти стирается грань между обучением и профессиональной работой. Студент с 1 или 2 курса уже может участвовать в профессиональных проектах, и при окончании вуза он уже готовый специалист. А просто сидеть и протирать штаны в вузе — трата времени. Тем более, как известно, профессиональные компетенции формируются не на лекциях и семинарах, а в профессиональной деятельности.

Третье.

Поэтому обсуждать надо образовательную модель, и главное в ней — содержание: что именно студент и преподаватель делают в университете. А стало быть, четыре ли года или пять лет, бакалавриат или специалитет — какая разница? Что студент делает эти годы? Если его вводят в «учебный конвейер», в эту дисциплинарную матрицу, и заставляют «проходить» предметы, а профессионалом он не становится, то какая разница, сколько он будет сидеть в этом конвейере?

Четвертое.

Для самоопределения и выбора национальной модели образования необходимо учитывать современные вызовы и тренды. А они таковы: нет и не может быть механистического подхода при выстраивании соответствующей модели в конкретном университете. Всё более востребованными становятся разные гибридные модели, в которых учитываются многие факторы: традиции вуза, региональная специфика, национальные особенности, и главное — каков государственный и социальный заказ? Какое университетское образование нужно современной России? Как, кто и в какой форме этот заказ формирует?

При таком разговоре надо забыть про мировые рейтинги, по игры в «5 ТОП 100». Два мощных фактора влияют в настоящее время на формирование национального государственного заказа: санкции Запада и СВО по защите Донбасса, с одной стороны, а с другой —  запрос новых поколений, которые имеют право и хотят получить сильное, достойное образование, формирующее у них профессиональное мышление и качества личности. Если этого не происходит, то разговоры про то, сколько лет учиться и прочее — беспредметны.

 

Университет Аогаку, Япония

 

Пятое.

А проблема в том и состоит, что массовая высшая школа в России к таким вызовам не готова. У нас большинство вузов — это заведения, которые в лучшем случае выполняют функцию адаптации и социализации. Профессиональное мышление у их выпускников не формируется. Не потому, что они плохие или кто-то мешает этому. Просто они так устроены. Невозможно в рамках учебной деятельности (в которой базовым процессом является трансляция учебного знания) сформировать профессиональные компетенции.

Шестое.

Но построению собственных, российских, вполне конкретных образовательных моделей мешает главное: у наших университетов практически нет академических свобод. Это значит — они не университеты. Они не выступают в качестве свободных научно-образовательных корпораций, каковыми они были во времена зарождения европейских университетов. То были свободные корпорации преподавателей и студентов, создающиеся во имя приобщения к наукам и искусствам, к универсуму знаний. Наши же университеты таковыми не являются.

И не только потому, что не самостоятельны, а прежде всего потому, что не выполняют главной миссии: чеканки образа человека. Сначала университет делает человека (чеканка личности). А потом уже на этой почве — формирует профессиональное мышление и ставит навыки. Эта традиция, идущая от античности, утрачена.

 

Это фото можно не подписывать

 

Седьмое.

Поэтому миссия университета (свободное сообщество, то есть универсум людей ради универсума личности и универсума знаний), о которой после Второй мировой войны еще радел последний из могикан К. Ясперс в своей работе «Идея университета», стала подменяться просто обучением специалистов для конкретных сфер жизнедеятельности. Постепенно идея университета стала выхолащиваться, и университеты в итоге трансформировались в учебные вузы в ситуации массовой подготовки кадров для национальных экономик.

Отрадные примеры (МIT, Стэнфорд, Кембридж. Оксфорд, университеты Лиги плюща периода расцвета или Бауманка и Физтех у нас, либо НГУ периода Векуа-Беляева или Тольяттинская академия управления) — это лишь исключения, которые подтверждают правило: университет не может быть просто учреждением. Это высшая институция развития. Но она не может выступать самостоятельным проектом в отрыве от территории и социума. Модель университета должна выстраиваться вместе с выстраиванием новых оснований всех сфер жизнедеятельности.

В нашем случае это связано с Академгородком 2.0. Не может быть самостоятельного проекта университета без новой концепции Академгородка, куда университет должен быть встроен как самостоятельная институция, органично вписанная в модель науки, социума и экономического развития мира, страны и региона.

Фото Петра Подалко, Славы Gelio Степанова и из открытых источников

 

 

 

 

Строительство кампуса НГУ идет под контролем губернатора и экологов

Губернатор подчеркнул: в первую очередь возводятся объекты физматшколы (СУНЦ НГУ), которые строятся на средства благотворителя. «Темпы работ достаточно высокие, подрядчик-заказчик совмещает строительство с работой над улучшением проекта, принято решение увеличить оконные проёмы, применить более современные материалы. Работы ведутся на всех зданиях площадки»  — сказал Андрей Травников. —Здесь максимально сохраняются зелёные насаждения, и ребята через два года придут учиться в новые здания в той природной среде, к которой привыкли их предшественники».

Завершается проектирование зданий, строящихся уже на средства федерального бюджета – объекты федеральной адресной инвестиционной программы. «Надеемся, что уже в этом году на них также выйдут подрядчики. Это уже объекты собственно университета: лабораторные корпуса, проектный центр и другие», — пояснил губернатор.

Общий объём строительства — значительный, это целый комплекс зданий физматшколы и университета, общей площадью 75 тысяч квадратных метров. Проект предусматривает создание шести инфраструктурных объектов: комплекса общежитий на 690 мест, корпуса поточных аудиторий со студенческим проектным центром и научной библиотекой, учебного корпуса и досугового центра СУНЦ НГУ, Учебно-научного центра Института медицины и психологии Владимира Зельмана и Научно-исследовательского центра. На сегодняшний день общая стоимость строительства из разных источников финансирования — 11 млрд. 800 млн. рублей, она будет уточняться по мере выхода отдельных объектов из экспертизы.

Ректор НГУ Михаил Федорук рассказал о том, что учебный корпус СУНЦ НГУ позволит индивидуализировать образование талантливых школьников, как и завещал академик Михаил Лаврентьев, а также предоставит ребятам больше возможностей для разностороннего развития и самореализации. В досуговом центре СУНЦ будут мастерские, планетарий и другие специализированные помещения для комфортного самостоятельного досуга и отдыха детей.

 

Михаил Федорук и Андрей Травников

«Университету необходимы лабораторные и исследовательские пространства для развития либо пока слабо представленных в СО РАН направлений, либо совсем не представленных. У нас есть Институт медицины и психологии (в этом году контрольные цифры приёма увеличены до 60 человек), у нас есть англоязычный специалитет, и для того, чтобы развивать биомедицину, трансляционную медицину, необходим отдельный корпус. Всё здесь будет очень гармонично, очень компактно, и эта компактность — большое конкурентное преимущество НГУ по сравнению со многими другими вузами страны», — подчеркнул Михаил Федорук.

Учебно-научный центр Института медицины и психологии В. Зельмана будет включать все необходимые функциональные зоны для обучения и проведения научных исследований. Также в центре разместится самый крупный в Сибири симуляционный центр для отработки практических навыков будущих врачей. Научно-исследовательский центр – основное здание для проведения научных изысканий, аналитической деятельности, работы с опытными образцами и отработки технологий производства фармацевтических средств и лабораторной исследовательской деятельности научным персоналом НГУ; здесь всё будет организовано по примеру лучших международных аналогов.

Особенность строительства в том, что работы ведутся в густонаселённом районе, в Академгородке. Этот факт учитывался с самого старта работ, было уделено повышенное внимание разработке плана застройки территории. Удалось на уникальной зелёной зоне, не конфликтуя ни с историей территории, ни с особенным социумом, запланировать будущие объекты. Важный вопрос при строительстве кампуса — компенсационные мероприятия по высадке зелёных насаждений. Часть молодых хвойных деревьев по согласованию с руководством СУНЦ НГУ пересадили ещё при проведении подготовки территории строительства. Проектная документация по проведению компенсационных работ будет разработана специалистами Центрального сибирского ботанического сада СО РАН. Особое внимание — защите сохранности деревьев, растущих на стройплощадке, их стволы защитили специальными кожухами.

По материалам пресс-службы правительства НСО

Глава СО РАН рассказал о реализации программы «Академгородок 2.0»

Особое внимание уделялось выполнению программы развития Новосибирского научного центра СО РАН, в котором сосредоточено свыше 60% академического потенциала Сибирского макрорегиона. В свою очередь, в рамках формируемого «Академгородка 2.0» был выделен крупнейший флагманский проект ― источник синхротронного излучения СКИФ. «Честно говоря, его строительство началось на три года позже запланированного, но теперь идет полным ходом», ― констатировал В.Н. Пармон. Он выразил надежду, что западные экономические и технологические санкции не окажут сильного влияния на реализацию этого мегапроекта, суммарная стоимость которого обозначена в 43, 883 миллиарда рублей. «Можно ожидать, что на рабочих станциях СКИФа будут проведены работы, затем удостоенные Нобелевской премии», ― предположил председатель СО РАН.

В числе других реализуемых элементов «Академгородка 2.0» Валентин Пармон назвал вхождение ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» и ГНЦ ВБ «Вектор» в два независимых научных центра мирового уровня, создание такого же центра математического профиля на базе Новосибирского государственного университета и Института математики им. С.Л. Соболева СО РАН и начало работ по проектам бор-нейтронозахватной терапии (БНЗТ) и супер С-тау фабрики с их частичной релокацией, соответственно, в Санкт-Петербург и Саров (Нижегородская область). Касаясь инфраструктурной части программы развития ННЦ, председатель СО РАН выделил «ускоренную реновацию» кампуса НГУ, завершение строительства гимназий №3 в Академгородке и «Технополис» в Кольцово, разработку градостроительной концепции и мастер-плана нового района с рабочим названием Смарт Сити.

Академик В.Н. Пармон рассказал также о состоянии дел с другим крупнейшим проектом СО РАН ― Национальным гелиогеофизическим комплексом в Прибайкалье. «Это распределенная группа установок класса мегасайнс, ― отметил Валентин Николаевич. ― Комплекс оптических инструментов построен и сдан, радиогелиограф находится в стадии активного строительства, по крупному солнечному телескопу-коронографу получено положительное заключение Главгосэкспертизы». Руководитель СО РАН назвал главным условием успешной реализации программы «Академгородок 2.0» и других крупнейших проектов сотрудничество с Минобрнауки, президиумом РАН, руководством субъектов Федерации и индустриальными партнерами. При этом Валентин Пармон обозначил важнейшую задачу Сибирского отделения в целом на ближайшую перспективу: «В условиях жесточайшей блокады обеспечить координацию взаимодействия научных и научно-образовательных организаций Сибири с российской промышленностью для обеспечения реальной импортонезависимости нашей страны».

«Наука в Сибири», фото Юлии Поздняковой

«Отказ от креатива — путь к застою и безысходности»

О категориальной чистоте и инновационном развитии

 Автор этих строк сравнил себя с известным персонажем Фонвизина, не знавшим, что изъясняется прозой. Точно так же, десятки лет занимаясь рекламой, радиовещанием, журналистикой и пиаром (а также сочиняя стихи и фотографируя), я не подозревал о своей принадлежности к миру креативных индустрий. Вместе с айтишниками, балеринами, кибер- и просто спортсменами, музыкантами, издателями, дизайнерами, народными умельцами и много еще кем. Поскольку на мероприятии (в Малом зале Дома ученых СО РАН и удаленно) преобладали ученые, то в начале дискуссии они решили, как принято в сообществе, «определиться с терминами». По словам доктора социологических наук Надежды Дмитриевны Вавилиной, «Академическое обсуждение всегда начинается с борьбы за чистоту категориальной крови». Научный руководитель ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» академик Николай Александрович Колчанов призвал обратиться к конфуцианской идее «исправления имен», согласно которой суть любого объекта имеет и прямую, и обратную связь с названием. «Замечательные памятники Дмитрию Константиновичу Беляеву и лабораторной мыши возле нашего института создал не “креативный дизайнер”, а талантливый творец, и это принципиально!», — подчеркнул ученый. Председатель Сибирского отделения РАН академик Валентин Николаевич Пармон высказался мягче: термин «креативность» ему не вполне понятен, но есть вечный диалог физиков и лириков, технарей и творческих гуманитариев, трансформировавшийся к нашему времени во взаимодополняющий единый дискурс.

Между тем понятие «креативных индустрий» раскрыла в своем докладе инициатор всего мероприятия — ректор Новосибирского государственного университета архитектуры, дизайна и искусств им. А.Д. Крячкова доктор культурологи Наталья Викторовна Багрова. Креативная отрасль не подпадает под гладкую, емкую и лаконичную формулировку — это мозаика очень разных нематериальных производств, часть из которых (IT-технологии, промышленный дизайн, издательское дело, smart city, музеи, медиа и т.п.) плотно примыкает к сфере исследований, а остальные прямо или косвенно питаются ее плодами. По мнению Н. Багровой, весь этот конгломерат дополнительно делится на «традиционное» (например, классическое искусство, фольклор и т.п.) и «авангардное» (дизайн, IT, современные медиа и т.д.) направления — в отношении первого следует проводить политику поддержки, второе акселерировать. Систему взаимодействий инновационной экономики, креативных индустрий и традиционной культуры ректор НГУАДИ отобразила в элегантной графике, напоминающей первый советский спутник.

 

 

«В словосочетании ”креативные индустрии” первое слово — определение, а второе отображает суть явления как экономической категории», — подчеркнула Надежда Вавилина. Кандидат экономических наук Ольга Владимировна Валиева (Институт экономики и организации промышленного производства СО РАН) показала роль креативных индустрий в общем процессе инновационного развития, уровень которого определяет международно признанный индекс, а на его исчисление прямо влияет субиндекс creative outputs. Он, в свою очередь, зависит от доли нематериальных активов, креативных продуктов и услуг, а также IT-сектора в структуре валового внутреннего продукта (ВВП) той или иной страны. «У креативных индустрий есть нормальные единицы измерения и методики расчетов, — подчеркнула Ольга Валиева. — Если же говорить об интегрирующем индексе инновационности, то тут Россия далеко не в числе первых». Но и не последних: в мировой шкале наша страна занимает 45 место, в европейской — 29 (из 56, включая непризнанные государства). В списке десяти лидеров инновационности среди «стран с доходами выше средних» Россия стоит на шестой позиции: после, в частности, Китая, Турции и Таиланда и перед Мексикой и Сербией. К тому же налицо ряд положительных трендов — так, с 2017 по 2021 год у нас в стране нарастал поток заявок на товарные знаки, чему не препятствовала и пандемия: прошлый год дал 13%-ю прибавку к позапрошлому.

Чей гений места  гениальнее

Наличие статистического материала рождает искушение сравнивать инновационность/креативность не только национальных, но также региональных и урбанистических экономик.  Правда, Наталья Багрова оговорилась, что приводит статистику по данным государственной регистрации компаний и частных предпринимателей согласно формальным классификаторам — другой возможности просто нет. Получилось, что по доле выручки от таких субъектов предпринимательства Новосибирский регион уступает только Москве, Санкт-Петербургу и Нижегородской области, а вот город Новосибирск  отстает еще от девяти региональных центров, включая Красноярск.

Опять же, какие параметры сравнивать. Если оценивать по доле занятых работников (помня о широте и пестроте состава креативной отрасли), то столичные мегаполисы с 18,5% (Москва) и 12,6% (Питер) сильно оторвались от всех остальных с их 4-5%. При сравнении вклада креативных индустрий в валовый муниципальный продукт (ВМП) пропасть не так глубока, а если берем долю «креативных организаций» в общей структуре компаний — неравенство еще больше сглаживается: в Санкт-Петербурге  12,4%, в Новосибирске 10,3%.  Если же пересчитывать по соотношению числа «креативных компаний» (в самом широком диапазоне, от телецентров  до танцевальных школ) к населению города, то абсолютным лидером в границах СФО становится, например, Горно-Алтайск.

 

Ольга Валиева

 

Н.В. Багрова, как и О.В. Валиева, на макрорегиональном уровне фокусировалась не на конкуренции, а на кооперации, хотя выступала с позиций новосибирских, прежде всего, интересов. Она напомнила, что областное правительство в июне прошлого года отдельным постановлением утвердило Концепцию развития креативных индустрий и сегодня готовит соответствующий раздел в Стратегию социально-экономического развития НСО до 2030 года. Ректор НГУАДИ уверена, что Новосибирская область обладает потенциалом совершить «лаврентьевский прорыв в культуре» и «набравшись окаянства, сделать то, что через N лет станет объектом ошеломляющего туризма». «Тут без науки и ученых не обойтись, — резюмировала Наталья Багрова. — В этом плане сравнение с поясом внедрения очень меткое».

«Гению места», важности формирования определенных точек роста креативных индустрий на заседании (неподходящее слово, но прижилось) КМК было посвящено много сообщений и выступлений. Продюсер мультипликационного проекта «Маша и Медведь» (кстати, выпускник мехмата НГУ) Дмитрий Геннадьевич Ловейко напомнил о феномене якутского кино: частная инициатива создания фильмов с этническим колоритом получила поддержку республиканского правительства и переросла в тренд, заметный на общероссийском уровне. Президент ассоциации «СибакадемСофт» Ирина Аманжоловна Травина подчеркнула важность подготовки креативных кадров по определенной узкой специализации: так, в Сибирском федеральном университете (Красноярск) совместно с французским Институтом Поля Бокюза был открыт необычный факультет — гастрономии. «В результате город становится кулинарной столицей Сибири, даже в ковидном 2021 году там открылось 17 новых ресторанов, в том числе высокой кухни, — акцетировала И. Травина. — Нечто подобное следует предпринимать и по другим креативным технологиям, например, в гейм-индустрии. Здесь не хватает центра целевой подготовки кадров с привлечением международных компетенций и авторитетов». 

Помощник директора Института археологии и этнографии СО РАН по научно-просветительской работе Дарья Дмитриевна Гаркуша обозначила площадку музея под открытым небом ИАЭТ СО РАН как полигон культурных практик: концертов, этнических и реконструкторских фестивалей, праздников, мастер-классов и многого другого. Она показала демо-версию виртуальной трехмерной экскурсии по музею (созданной при поддержке Президентского фонда культурных инициатив), презентация которой состоится в июне. Эта цифровая прогулка дает возможность «обойти» и «облететь» обширную музейную территорию зимой и летом, а также попасть внутрь строений и получить информацию по множеству объектов и артефактов.  Самый впечатляющий, пожалуй, набор креативных практик представила директор крупнейшей за Уралом Государственной публичной научно-технической библиотеки СО РАН доктор исторических наук Ирина Владимировна Лизунова. В ее докладе прозвучали десятки примеров: от международного фестиваля «Книжная Сибирь», всероссийских Фестиваля науки и «Библионочи» до летних чтений «У фонтана», концертов новосибирских композиторов «Неоклассика» и акции «#Аутизмнеприговор». Модератор встречи, заместитель председателя СО РАН доктор физико-математических наук Сергей Робертович Сверчков отметил значение прошедшей в ГПНТБ конференции  LibWay-2022: «Это явление и межкультурной интеграции, и, что сегодня крайне важно, научной дипломатии». Впрочем, даже отдельная печатная книга может стать концентратом креативных решений: на примере «Атласа Сибири» это показал руководитель московского издательства «Феория» Андрей Петрович Притворов.

Стеклянная котельная

О том, как банальный проект может стать креативным и изменить среду вокруг себя, рассказал Андрей Андреевич Литвинов, председатель комитета по развитию социальной инфраструктуры и человеческого капитала Федеральной территории «Сириус» и одновременно директор центра урбанистики Научно-технологического университета «Сириус». «Некогда, работая в проектном бюро, мы получили заказ из небольшого провинциального городка, — поделился он. — Требовался проект обычной газовой котельной. Мы с коллегами решили сделать ее полностью прозрачной, и заказчик, к счастью согласился с этим. Дальше начались чудеса. Монтажники делали свою работу ювелирно, словно на арт-объекте. Котельная и вышла таким объектом, стала городской достопримечательностью, а сам город благодаря этому — магнитом для туристов». «В современных условиях отказ от креатива — прямой путь к застою и безысходности», — убежден Андрей Литвинов.

Он выделил семь некоторых  «акцентов развития креативности», которые стоит принимать во внимание, и первым из них назвал опять же научную основу. Креативные решения, по мнению А.Литвинова, должны опираться на научные знания и научную картину мира: «Наука — одновременно первооснова развития и его индикатор». Как пример эксперт привел архитектуру мобильной сцены в «Сириусе», движения и подсветка которой ассоциированы с астрономическими и физическими процессами. А остальные шесть акцентов? Некоторые более чем ожидаемы: смелые идеи в искусстве (см. выше), повсеместное применение IT-технологий, комфортные городские связи. Внезапно в линейку акселераторов креативных индустрий встает спорт и, шире, культура тела — здесь тоже открывается простор для творчества, индивидуального и коллективного. Множащиеся до бесконечности виды современных физических практик — еще одно пространство для креатива, тоже вполне коммерциализируемого.

Наталья Багрова

«Коммерциализация креатива очень похожа на коммерциализацию науки, — в унисон с Андреем Литвиновым говорит Наталья Багрова, — поскольку в центре находится добавочная стоимость, получаемая за счет применения интеллектуальной собственности».  Различие же заключатся в том, что наука сосредоточена на получении новых знаний, а креативные индустрии — на погоне за «новой нефтью», которой ректор НГУАДИ назвала человеческое внимание.  Человек, его таланты и компетенции, с другой стороны являются основной производительной силой креативных индустрий, причем один «креативщик» трудоустраивает еще восьмерых смежников из других, поддерживающих сфер — маркетинга, дистрибуции, полиграфии и так далее.  В этом плане Наталья Багрова поделилась тревогой: «Способная молодежь и раньше перетекала из Сибири в столичные города, а в свете последних событий дизайнеры полетели из России вперед айтишников».

Генеральный директор АНО «Кластер искусственного интеллекта»  Игорь Анатольевич Болдырев к местонахождению носителей компетенций относится прагматично: «Мы как работали, так и работаем с программистами, живущими за пределами России». Да, но! Там они и тратят свои, как известно, не всегда скромные зарплаты, подпитывая экономики не России, Новосибирска или Красноярска, а Кипра, Грузии, Сербии и других мест так называемой релокации. Правительство декларировало ряд «удерживающих преференций», но избирательных и половинчатых на взгляд автора этих срок. От призыва в армию — не освобождение, а отсрочка. И только для штатных (!) сотрудников аккредитованных (!!) IT-компаний, тогда как множество айтишников работают на фрилэнсе, нисколько не озабоченные контентом своих трудовых книжек. В такие же узкие  рамки заключены возможности льготного кредитования и налоговых каникул. Предложения РАН распространить преференциальный пакет на всю научно-технологическую сферу не пока что получили деятельного отклика. Тем более не видно, даже в перспективе, мотивов удержания (кроме как силой) в стране представителей десятков других профессий, относящихся к креативным индустриям.

Наталья Багрова права: эту сферу роднит с академической наукой капитализация исключительно человеческого ресурса. Никакого сырья, кроме серого вещества. Человекоцентричность  придает креативным индустриям (разговор всё же о них) два противоречивых свойства: гибкость и хрупкость. И поневоле вспоминается стеклянная котельная Андрея Литвинова. Чем не визуальная метафора?

Фото автора и из открытых источников

 

 

 

 

Общее собрание СО РАН: главное про Академгородок 2.0

ЦКП СКИФ отнесен главой СО РАН одновременно к двум стратегиям развития: кроме «Академгородка 2.0» также и к Плану комплексного развития, распространяющемуся на весь Сибирский макрорегион — вместе с другим объектом класса mega science, Национальным гелиогеофизическим комплексом РАН в Прибайкалье. «Это созвездие уникальных научных инструментов, нацеленное на  ликвидацию отставания отечественной науки в области физики солнечно-земных связей с выходом на траекторию опережающего развития в фундаментальных исследованиях и решении крупных прикладных проблем, — подчеркнул председатель СО РАН. — Затраты здесь намного крупнее, чем на СКИФ».

В контексте Академгородка 2.0 глава СО РАН выделил однозначные приоритеты. Кроме ЦКП СКИФ, это комплексное развитие Новосибирского государственного университета (включая физико-математическую школу) и реконструкция его кампуса, городок инновационной молодежи Smart City (название рабочее), суперкомпьютерный  центр  «Лаврентьев» и математический центр. Ряд проектов реализуется в коллаборациях с ведущими научно-технологическими организациями России: бор-нейтронозахватную терапию рака (БНЗТ) институты СО РАН разрабатывают вместе с московским НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина, супер С-тау фабрику (установку для исследования элементарных частиц) — с Российским ядерным центром (РФЯЦ-ВНИИЭФ) в Сарове (Нижегородская область). Глава Сибирского отделения напомнил также о вхождении ФИЦ «Институт цитологии и генетики СОРАН» и ГБНЦ «Вектор» в Научный центр мирового уровня по генетическим технологиям, создаваемый под эгидой Курчатовского института.

Косвенно, но важно. В условиях резкого обострения международной обстановки председатель СО РАН подчеркнул востребованность «научной дипломатии» и сохранения исследовательских коллабораций и контактов, в том числе в орбите Евразийского экономического союза. «Важно поддерживать и при возможности развивать сотрудничество с учеными не только дружественных России стран», — подчеркнул при этом В.Н. Пармон. В заключение он напомнил, что в текущем году отмечается 65-летие Сибирского отделения АН СССР/РАН. «Я надеюсь, что для нас и для всей российской Академии наук этот год станет годом прорыва», — резюмировал председатель СО РАН.

Фото Юлии Поздняковой, «Наука в Сибири»