Международная экспертиза оценивает СКИФ

«Мировая практика предполагает создание при проектах класса мегасайенс, таких как ЦКП СКИФ, специальных комитетов — ускорительного (MAC, Machine Advisory Committee) и научного (Scientific Advisory Committee, SAC), — пояснил руководитель проектного офиса ЦКП «СКИФ», заместитель директора по научной работе ИЯФ СО РАН доктор физико-математических наук Евгений Борисович Левичев. – В рамках международной конференции Synchrotron and Free electron laser Radiation, прошедшей в июле 2020 г., мы пригласили группу экспертов высокого класса, для которых в последний день SFR-2020 организовали сессию по ЦКП «СКИФ». На сессии мы представили ряд обзорных докладов по статусу проекта, созданию ускорителя, сверхпроводящих вигглеров и ондуляторов, пользовательских станций и инженерной инфраструктуры. После этого международные специалисты дали экспертную оценку проекту по ускорительной и научной части».

Предполагается, что в ускорительную группу экспертов войдет консультант проектов MAX IV (Швеция) и ESRF (Франция) профессор Дитер Айнфельд (Prof. Dieter Einfeld), директор ускорительного комплекса синхротрона MAX IV Педро Таварис (Dr. Pedro Tavares), один из создателей источника СИ «КИСИ-Курчатов» (НИЦ «Курчатовский институт») доктор физико-математических наук Владимир Корчуганов и другие ученые. «Эксперты отметили, что в силу сжатых сроков реализации очень важна правильная структура управления проектом, четкое планирование, — уточнил Евгений Левичев. – Также необходимо как можно раньше начать формировать “команду эксплуатации”, которая будет участвовать в создании и запуске комплекса, и в дальнейшем работать на нем. Также эксперты отметили, что полезным будет установить кооперацию с зарубежными партнерами по изготовлению некоторых компонентов для ЦКП СКИФ».

По словам помощника директора ИЯФ СО РАН по перспективным проектам кандидата физико-математических наук Якова Валерьевича Ракшуна на SFR-2020 эксперты также дали оценку проектам экспериментальных станций ЦКП СКИФ. «Группа международных советников по пользовательской инфраструктуре ЦКП «СКИФ» состояла из представителей ESRF, MAX IV, XFEL, а также специалистов, имеющих большой опыт создания экспериментальных станций в жестком и в мягком рентгеновском диапазонах; работы в аналогичных комитетах, —  пояснил Яков Ракшун. — Эксперты отметили удачный выбор первых шести экспериментальных станций, рекомендовали четче выделить направления исследований, в которых предложенные решения позволят достичь мирового лидерства, и настоятельно советовали организовать рабочие группы по каждой экспериментальной станции (Beamline advisory group, BAG)».

По словам Евгения Левичева и Якова Ракшуна общей рекомендацией по ускорительному и пользовательскому направлениям было создание локальных, то есть собирающихся в Новосибирске, комитетов, которые с определенной периодичностью будут осуществлять международную экспертизу. Решение об их создании и было одобрено на заседании НКС ЦКП СКИФ, прошедшем в ИЯФ СО РАН.

По материалам пресс-службы ИЯФ СО РАН

Новосибирский Академгородок: эксперимент национального масштаба

После развертывания атомного и космического проектов СССР ведущие ученые страны осознавали потребность в системном и качественном рывке развития фундаментальных исследований на дальнюю перспективу.  Академики Сергей Львович Соболев, Сергей Александрович Христианович и Михаил Алексеевич Лаврентьев вынашивают идею создания за Уралом нового крупного центра науки, образования и внедрения, нацеленного на освоение ресурсов Сибири и Дальнего Востока. За пределами столичных городов, вдали от центральной части страны должно было появиться новое мощное ядро исследований и разработок.

Ученые выходят непосредственно на первого секретаря ЦК КПСС Никиту Сергеевича Хрущева, фактического главу Советского Союза, и убеждают его в необходимости поддержать этот проект. 18 мая 1957 года выходит историческое постановление союзного правительства об организации Сибирского отделения Академии наук СССР и «научного городка близ Новосибирска». К этому времени в стране уже было создано несколько специализированных научных поселений: Обнинск, Дубна, сибирские Северск (Томск-2), Железногороск (Красноярск-26) и другие. По большей части они были закрытыми  и узко специализированными на атомной, космической, электронной и других тематиках. Новосибирский же академгородок замышлялся принципиально иным: открытым, мультидицпилинарным, образовательным.

 

Дом ученых Академгородка, яркий образец новой архитектуры

Новосибирск был выбором не советского руководства, а самих ученых. С одной стороны — крупнейший за Уралом индустриальный город в географическом центре страны и всей Евразии, на пересечении транспортных и информационных потоков. С другой — наука здесь была представлена фрагментарно, а университет отсутствовал вовсе. Академгородок запланировали в 30 километрах от большого города: оптимально и для обособления городка мыслителей, и для частых поездок в областной центр, и для организации экспедиций по всей Сибири. Градостроительные идеи М. Лаврентьева и его сподвижников граничили с социальным проектированием — Академгородок делится на три взаимосвязанные зоны: научную (включая университет), производственную и жилую. Учтена была близость к транссибирской магистрали и только что построенной ОбьГЭС — инфраструктура создавалась на вырост. Точно так же Лаврентьев резервирует за Сибирским отделением территории вдвое большие, чем отводилось согласно генплану — тоже под будущее развитие.

Обособленный и компактный новосибирский Академгородок включал всё необходимое для развития науки: лучшие в стране установки и лаборатории, новый во всех смыслах университет, где ученые преподают, а студенты практикуются в академических институтах, и, что немаловажно, очень благоприятную среду для жизни. Лес становится лесопарком, берег Обского водохранилища — пляжем, пустыри — теннисными кортами. В завершенном виде новосибирский научный центр предполагался оптимальной моделью для тиражирования на территории Сибири и Дальнего Востока. Многие его черты воплощены в академических городках Томска, Красноярска и Иркутска , в построенном с нуля наукограде Кольцово, позднее — на острове Русский под Владивостоком.

Независимо от лаврентьевской модели (хотя и под ее косвенным влиянием) в сегодняшнем мире идет бурное развитие регионов-драйверов, которые создают и распространяют новую экономику — экономику знаний. Университеты и научные центры все больше принимают ответственность за поставку знаний и технологий в экономику. В местах концентрации научных и образовательных структур создаются технологические зоны и долины. Это знаменитая Silicon Valley в Калифорнии и ее израильская сестра Silicon Wadi, аналогичные и близкие центры в Китае, Индии, странах Европы.

Идет по пути создания подобных современных центров и Россия. Многопрофильный центр Сколково, Иннополис в Татарстане и сочинский «Сириус»— новые примеры экспериментальных институтов в интересах развития науки, образования и высокотехнологического бизнеса. «Сириус» — проект  особо  революционный, законодатели лоббируют для него новый статус федеральной территории с особым типом управления и собственным бюджетом, дающий принципиально более высокий уровень автономии, чем ИНТЦ («Воробьевы горы» в Москве и другие «долины»). При этом «Сириус» уже сегодня по-лаврентьевски опирается на полный цикл: от школы для талантливых детей до университетского диплома и стартапов.

Но всегда ли для организации таких центров необходимо начинать всё с чистого листа? Нобелевский лауреат Андрей Гейм, оценивая Сколково, сказал: «Я по-прежнему считаю, что это была ошибка — всё строить на новом месте, и вузы, и академические институты, с нуля. Всегда есть возможность использовать эти деньги более эффективно. И Академгородок в Новосибирске — один из примеров того, что система может работать так, как на Западе». Сегодня у новосибирского научного центра есть собственная программа развития. Созданная по поручению Президента России Владимира Владимировича Путина от 18 апреля 2018 года, она называется «Академгородок 2.0» и рассчитана на долговременную перспективу и прорывные результаты. Программа частично выполняется: на ближайшие годы выделено 37 миллиардов рублей на создание источника синхротронного излучения СКИФ, для которого подготовлена площадка и заключен контракт на изготовление оборудования.

Но программа «Академгородок 2.0» в ее сегодняшнем виде носит, к сожалению, строго инфраструктурный характер и, в отличие от процесса создания Сибирского отделения АН СССР, не финансируется отдельной строкой бюджета. Я уверен, что для полноценного воплощений «Академгородка 2.0» в реальность необходима не только централизованная и мощная ресурсная поддержка, подобная той, которую получили Сколково и «Сириус», но и особая организационная модель и уникальные экономико-управленческие решения, градостроительное и социальное экспериментирование.

М.А. Лаврентьев рисковал, предлагая и реализуя новаторскую модель организации науки — макрорегиональное отделение Академии, обособленный научно-образовательный городок, наукоориентированный университет (не говоря уже о том, что отстаивал «буржуазные лженауки» генетику и кибернетику). Рисковал — и выиграл. На сегодняшнем этапе трансформации знаниевого комплекса России необходимо действовать по-лаврентьевски: с расчетом на будущие, как минимум, полвека предлагать принципиально новые форматы институтов развития и «интеллектуальных территорий», настойчиво доказывать их эффективность на всех эшелонах власти и не бояться экспериментов — организационных, градостроительных, социальных.

Фото Славы Степанова (Gelio), из архива СО РАН и открытых источников

Он же памятник!

— В связи и не в связи с дебатами вокруг ДК «Академия» начнем с вопроса: есть ли объективные критерии отнесения того или иного рукотворного объекта к памятникам/достопримечательностям? Каким (не оценочно, а по существу) обязательно должен быть объект, чтобы его однозначно сохранили, отреставрировали, повесили табличку и водили туристов?

— Отвечу коротко: таких критериев нет. Точнее, они очень зыбки и изменчивы. Критерии, которыми руководствуются эксперты, власти и общественность, постоянно меняются в связи с эволюцией социальных ценностей, с актуализацией той или иной темы, с новыми культурными трендами и мегапроектами.   Решение об отнесении или неотнесении того или иного объекта к памятникам культурного наследия в каждом случае выплавляется из очень сложной, я бы сказал неповторимой, амальгамы. Самые разные — иногда противоположные — прецеденты множатся, и каждая ситуация становится всё менее зависимой от каких-либо, условно говоря, объективных показателей: возраста объекта, его уникальности, расположения и т.д.

Недавно на большой конференции по архитектуре в Екатеринбурге я слушал юристов, которые говорили как раз об этом же: буква закона становится всё менее и менее значимой в принятии решений. Тем более что писаное право однозначно отсылает к субъективности. В нашем любимом 73-ФЗ:  записано «…представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры». То есть методика выявления объекта, достойного статуса памятника — экспертная и более никакая.

Поэтому лично я в своей деятельности ищу не какие-то подходящие юридические формулировки, а стараюсь опираться на общественное мнение, «поднять волну». Вот пример проигранного сражения: президиум новосибирской областной организации Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК), куда я вхожу, обсуждал судьбу здания новосибирской школы № 54, построенного в 1935 году. Это яркое воплощение предсталинистской архитектуры, украшенное настоящим памятником эпохи — барельефом с изображением Мичурина и пионеров, высаживающих деревца. Для меня как гуманитария это апофеоз социалистического отношения к природе, которая «не храм, а мастерская, и человек в ней работник». Мои коллеги по ВООПИК в большей степени настаивали на поиске юридических аргументов сохранения здания от сноса, я — за мобилизацию общественного мнения, за включение проблемы в федеральную повестку, привлечение столичных политиков и блогеров «зеленого» толка и так далее. Увы, пока мы спорили и доспаривали, бывшая школа пошла под бульдозер.

Я уверен, что объект культурного наследия — прежде всего ассоциативный образ. Если вернуться к ДК «Академия» то для меня как выпускника НГУ и организатора университетских Интернедель это не столько строение, сколько общественное пространство перед ним: фасад, крыльцо, платформа, подступы к зданию. Здесь выступали Юрий Шевчук и ансамбли политпесни, проходили митинги и театрализованные представления, музыкальные фестивали — это агора Академгородка. Поэтому я считаю, что входная часть «Академии» должна быть сохранена — с очень деликатной реставрацией. Чтобы не утрачивалась аура открытости, общности, солидарности, устремленности в будущее, всемирности Академгородка и этого конкретного места.

 

ДК “Академия”

— А как быть со зданием «Академии» в целом? Оно нуждается как минимум в капремонте, причем не один десяток лет.

— Будем помнить, что ДК «Академия» — никакой не дом культуры, а изначально кинотеатр «Москва». То есть чисто кинопрокатное заведение, не предусматривавшее какой-либо другой культурной жизни. Поэтому после расширения функционала этого здания некоторым кружкам пришлось заниматься в помещениях без окон — что идет вразрез с российской архитектурной традицией, особенно конструктивистской и модернистской, когда даже для сибирского климата проектировались огромные окна. И сегодня я придерживаюсь позиции, которую высказал на открытом общественном обсуждении планов реновации ДК «Академия» (правда, она почему-то не отражена в пост-конспектах этого события). Позиции, которая учитывает и прогресс строительно-отделочных технологий, и эволюцию культурных интересов, особенно у молодежи. То есть окружение и фасад «Академии», повторюсь, должны быть обязательно сохранены, как транслирующие дух Академгородка, а вот тело знания, все интерьеры, вся инфраструктуры вполне могут быть модернизированы с учетом современных цифровых и акустических технологий, дизайна и прежде всего — досуговых приоритетов.

В качестве успешного примера подобного подхода приведу реконструкцию новосибирского кинотеатра «Победа». Оставлены сталинистские колоннада и портик, доносящие имперский, победительный дух своей эпохи. А тело здания принципиально другое, современное, разделенное на большое количество помещений — и далеко не только для кинопоказов. Сегодняшняя «Победа» — эпицентр культурной и светской жизни, здесь проходят фестивали, бьеналле, в кафешках собирается богема в лучшем смысле слова, творческая молодежь. Историческая оболочка транслирует культурный код Новосибирска, наполнение же соответствует его сегодняшнему духу.

 

“Победа”

Менее известный пример — лофт «Мельница» на улице Фабричной. На основе руин еще новониколаевской мельницы был создан культурный центр с видовой площадкой, ориентированной на Обь. А само здание, как говорится, доносит. В свое время это была не пасторальная ветряная мельница со скрипучими крыльями, а урбанистическая, паровая, промышленная. Этот объект прекрасно передает дух индустриального города, «Сибирского Чикаго». И в целом я считаю, что краеведы, культурологи с одной стороны и застройщики с другой — не антагонисты. Среди последних есть тонко чувствующие люди, способные работать не только на прибыль, но и на создание/воссоздание образов, как это, к счастью, произошло с «Победой» и «Мельницей». Такие люди нуждаются в общественном поощрении: следовало бы учредить, наверно, специальную премию за сохранение исторического духа и гармонии в современном строительстве и реконструкции зданий.

 

“Мельница”

— Вернемся к первоначальной постановке вопроса, актуальной для Академгородка. Если нет четких юридических дефиниций, то как оптимально определить круг экспертов, готовящих властное решение по тому или иному объекту? Если шире — как в принципе правильно двигаться к такому решению, чтобы оно было верным?

— Ответ будет относиться не к критериям выбора экспертов по определенным спискам статусов и компетенций, а именно ко второй формулировке. К инструментам влияния на властные решения со стороны различных сообществ: архитекторов, урбанистов, дизайнеров, политических партий и общественных движений, просто активных граждан и их организаций, в том числе неформальных. При этом нужно понимать, что власти не очень чтобы отзывчивы к жестким формам волеизъявления, как те же пикеты (хотя я сам раньше неоднократно в них участвовал, в том числе против вырубок в Академгородке с транспарантом «Здесь будет город-пень»). Во власть нужно продвигать позитивные культурные инициативы, конструктивные идеи, заранее проработанные компромиссные решения.

— А каковы механизмы, сценарии этого продвижения? Давай представим, что тебе звонит министр культуры Новосибирской области Наталья Васильевна Ярославцева и говорит: «Помогите определиться с судьбой ДК “Академия”, мы уже не знаем, кого и почему слушать, на вас вся надежда!» Что ответишь, сразу или после некоторой паузы?

— Для начала должна быть найдена такая площадка, такая форма общения, которая устроит всех ключевых акторов этой истории: бизнесменов, архитекторов, застройщиков, политиков,  деятелей культуры (в самом широком понимании), общественников. Летние обсуждения были не очень удачной попыткой сделать это, но направление выбрано правильно. Собраться, выслушать и постараться понять друг друга — для начала.

С другой стороны, не будем снимать с властей ответственность за принимаемые ими решения. Областной минкульт или профильный департамент мэрии можно заполонить обращениями, общественными экспертизами, резолюциями общественных слушаний, но запятую в конструкции «сносить нельзя сохранить» поставит рука конкретного человека. Пример — судьба здания третьей гимназии в Академгородке.  На глаз сторонников и противников сноса было поровну (по численности и влиятельности), их аргументы также казались в среднем равновесными. Но мэрия в конце концов приняла решение — снести старое здание и построить новое по некоторому проекту. То же самое, увы, случилось и с 54-й школой, которая, не в укор академгородковскому партиотизму, намного старше и интереснее с историко-культурной точки зрения.

Компромиссный подход я старался осуществить в отношении комплекса зданий бердского вокзала, построенного в 1914 году. Если бы мы какими-то сверхусилиями добивались его включения в реестр вновь выявленных объектов культурного наследия, то это перечеркнуло бы возможность постройки нового вокзала. А вокзал старинный, с одной стороны, прямо связан с важными историческими событиями (отсюда провожали солдат на Первую мировую и Великую отечественную войну, комсомольцев на целину и ударные стройки), с другой — устарел, тесен и неудобен вплоть до туалета на улице. Как быть? Искать компромисс — культурный, общественный, градостроительный. Вопрос рассматривался на комиссии по культуре Общественной палаты Новосибирской области, где представители РЖД сначала заняли непримиримую позицию, но когда зашла речь о патриотизме, сохранении исторической памяти, было найдено решение, устраивающее все стороны диалога. Старое здание и водонапорная башня идут под реставрацию, а рядом строится новое, сверхсовременное, с видовой площадкой.

 

Вокзал г. Бердска

Еще раз подчеркну: особо важным фактором в принятии таких решений является живая историческая память. Против сноса деревянного вокзальчика на станции Сеятель никто не протестовал по той, видимо, причине, что никому не ведома история сельскохозяйственной коммуны «Сеятель», от которой и произошло название станции. То есть этот исторический опыт не актуализирован. Находись у нас во власти какие-нибудь радикал-социалисты,  ветхое здание было бы окружено невероятным почитанием и заботой, как в свое время дом в Шушенском, где в ссылке жили Владимир Ильич Ленин и Надежда Константиновна Крупская. Но история сельхозкоммуны «Сеятель» сокрыта в архивах, и реновация прошла бесконфликтно.

— Если попытаться резюмировать, то живая историческая память и многоканальное влияние на власть и являются основными двигателями сохранения объектов культурного наследия?

— Скорее да, чем нет. Примером послужит довольно быстрое изменение позиции новосибирского руководства к конструктивистскому наследию. Еще не так давно его не ценили, недопонимали, даже отрицали. «Дом-коммуна? Да это же тюрьма! Как можно жить куче семей в одном коридоре с общей кухней?» На что я отвечал: где в студенческие годы интереснее, дома или в общаге? Дом-коммуна, идея коммуны вообще — это про молодость и для молодых, которым хочется быть всё время вместе. Это про историю страны-коммуны, которая строилась романтичной, революционной молодежью.

Мы с единомышленниками стали поднимать на щит связку города-коммуны Новосибирска и конструктивизма, сделали соответствующую карту, начали проводить экскурсии, выступать в соцсетях и так далее. Новосибирску не хватает идентичности? Так вот же она, перед глазами!  И в один прекрасный день упомянутая Наталья Васильевна Ярославцева на конференции по музейному делу встает и заявляет: «Музею конструктивизма в Новосибирске — быть!». Значит, волна восстановленного интереса к конструктивизму, его понимания как важнейшего для Новосибирска явления набрала силу и дошла до сознания нашего руководства.

— Пробили музей конструктивизма в Новосибирске? Отлично, поздравляю. А какой музей (не естественнонаучный, а историко-культурный) следовало бы с такой же настойчивостью вырастить в Академгородке?

— Музей Интернедели в самом широком ее понимании и ощущении. Если Новосибирск — это город-коммуна, город-конструкция, то Академгородок — такая global science village, открытая всему миру. Академгородок — это глобально, потому что глобальна наука, она не знает границ. Идея такого музея — не ностальгия, хотя мы с тобой оба более чем причастны к маевкам, фестивалям политпесни и другим студенческим инициативам 1970-1980-х годов. Разумеется, в экспозициях должен присутствовать исторический, архивный материал: публикации прессы, фотографии и киносюжеты, открытки, значки и плакаты, записи групп политпесни «Амиго», «Пульс», «Смех» и многих других.

Но если говорить о миссии Музея Интернедели, то она состоит, прежде всего,  в демонстрации глобальной открытости Академгородка как его важнейшего атрибута. Открытости, которая более полувека реализуется прежде всего студентами, молодежью. Ядро Интернедели — НГУ, но к нам на фестивали и маевки ездили сотнями студенты из города, а мы, в свою очередь, направлялись с творческими десантами в Бердск, Маслянино, в полузакрытое Кольцово. Музей Интернедели — это музей молодости. Я надеюсь, что рано или поздно повторится ситуация с музеем конструктивизма, и с высокой трибуны прозвучит однозначное «быть!»

Беседовал Андрей Соболевский

Фото Culture.ru, Archi.ru и из открытых источников

«Михаил Алексеевич, мы продолжаем!»

Открывая торжественное совещание, посвященное юбилею, губернатор региона Андрей Александрович Травников отметил: «Весь мир знает Лаврентьева как выдающегося и нетривиального ученого со своей научной школой, как государственного деятеля, который мог принимать и инициировать, как потом показала история, стратегические решения… Для новосибирцев Михаил Алексеевич в первую очередь один из основателей Академгородка — удивительного явления, благодаря которому Новосибирск теперь имеет свое лицо, узнаваемое во всем мире, а наша область продолжает динамичное развитие».

Выбор Новосибирска в качестве центра Сибирского отделения Академии наук мэр города Анатолий Евгеньевич Локоть назвал историческим событием. «Успех Лаврентьева в его организаторской деятельности состоит и в том, что он умел привлекать уникальные научные кадры для развития сибирской науки, — акцентировал градоначальник. — В их числе были и совсем молодые ученые, которые несли нетрадиционные, нестандартные идеи, не укладывавшиеся тогда в сложившиеся научные школы». Косвенным образом Анатолий Локоть причислил к ученикам М. А. Лаврентьева и себя, поскольку в студенческие годы проштудировал его учебник «Математика комплексных переменных».

Председатель СО РАН академик Валентин Николаевич Пармон напомнил, что в один день, 19 ноября, родились два выдающихся организатора науки — Михаил Ломоносов и Михаил Лаврентьев — и выделил в обширном лаврентьевском наследии, кроме научных достижений,  «три самых крупных бриллианта». Первым из них было названо создание Сибирского отделения, вторым — знаменитый треугольник, объединяющий науку, образование и промышленность, третьим — основание Академгородка, который глава СО РАН считает «самым крупным и самым активным научным центром в России». «Здесь в полной мере реализована идея мультидисциплинарности, — подчеркнул В. Пармон. — Институты эффективно работают, потому что мы все вместе. Мы кооперируемся, друг друга хорошо знаем и всегда помогаем».

 

Дмитрий Маркович

Выступление главного ученого секретаря СО РАН академика Дмитрия Марковича Марковича было полностью посвящено созданию новосибирского Академгородка как организационному, градостроительному и социальному эксперименту М. А. Лаврентьева и его сподвижников. «В стране уже создавались подобного рода городки, но новосибирский замышлялся принципиально иным — открытым, междисциплинарным, образовательным и комфортным. Ученые и их семьи, приезжая в Академгородок, должны были чувствовать себя самодостаточными не только в науке, но и во всем остальном». Д. Маркович подчеркнул, что многие лаврентьевские планы по ряду причин остались не реализованными, но могут воплотиться на планируемых сегодня этапах развития научного центра, для чего требуется новый виток экспериментирования. «Лаврентьев рисковал и выиграл. Будем как Лаврентьев!», — закончил выступление главный ученый секретарь СО РАН.

О наставнической миссии М. Лаврентьева и его роли в истории Новосибирского государственного университета рассказал его ректор академик Михаил Петрович Федорук:  «Михаил Алексеевич ставил перед ведущими учеными условие: приезжать в Сибирь не в одиночку, а вместе со своими младшими коллегами, аспирантами и даже студентами-дипломниками». В июне 1959 года в газете «Правда» вышла программная статья «Университет нового типа» будущего ректора НГУ академика Ильи Несторовича Векуа,  28 сентября того же года состоялась первая лекция. Михаил Федорук напомнил о лаврентьевской идее «ломоносовских училищ» для талантливых детей из удаленных местностей, воплотившейся в физико-математической школе при НГУ: из ее стен вышло 12 членов Академии наук и свыше 400 ученых с докторской степенью.

Советник председателя СО РАН доктор физико-математических наук Геннадий Алексеевич Сапожников рассказал о достижениях М.А. Лаврентьева как ученого и его принципах организации научных исследований, поставив на первое место «дух академической свободы». В числе других — выделение приоритетных направлений поиска, триединство «наука—кадры—производство», междисциплинарность и интеграция, программно-целевой подход и взаимодействие с властью в управлении наукой. «О чем мы еще мало говорим, так это об укреплении общественно-гуманитарных основ общества и развитии личности, которым Лаврентьев также придавал большое значение», — напомнил  Г. Сапожников.

Во время торжественного собрания демонстрировались короткие видеоролики на основе архивных кино- и фотоматериалов: «Волны взрыва», «Нет ученого без учеников», «Гражданин и патриот» и «Великолепный треугольник». Каждый ролик завершался переходом от хроники  к теме новых воплощений лаврентьевских идей и принципов — плану комплексного развития СО РАН и программе «Академгородок 2.0», а также единым девизом: «Михаил Алексеевич, мы продолжаем!»

Соб. инф. Фото Андрея Соболевского и из открытых источников

Академгородок 2.0: «таков путь»

Слева направо Млад Травков (ЭФ НГУ), на экране компьютера Никита Алеев (ММФ НГУ), Слава Карнаев (ММФ НГУ), Никита Нахимов (11 класс), Вова Кондратьев (ММФ НГУ), Сергей Пнев (ММФ НГУ), Егор Ширинский (ЭФ НГУ).

Цель — это путь. Путь непрерывного и сбалансированного совершенствования. Выражаясь языком математики, любая другая цель представляется лишь временным максимумом функции, за чем следует разрушение созданного и приобретенного. В данном контексте тот же Академгородок 2.0 без становления на путь непрерывного и сбалансированного совершенствования не имеет никакого смысла, поскольку позитивный эффект от реализованной «до победного конца» программы продлиться ограниченный промежуток времени, за чем последует упадок, и речь пойдет о какой-то следующей (и столь же конечной) стадии, например,  Академгородке 3.0. А о том, предыдущем, станут, как сегодня про 1960-70-е годы, вспоминать с ностальгическими комплиментами: «Вот были времена, люди, идеи — не то, что сейчас!»

А каковы критерии движения в правильном направлении? Как ни банально, поставим на первое место деньги. И на берегу откажемся от самооправдательной мантры о том, что, дескать, капитализация всего и вся — не русский путь. Это не национальная тема, не американская, русская или китайская: знания или капитализируются или нет, остальное от лукавого. Так что будем говорить о максимализации валовой прибыли на душу населения Академгородка как о целевой функции вышеупомянутого движения. Акцент, по возможности, нужно делать на экспорт: знаний, технологий и продуктов, образования… Да и самого бренда Академгородка! Нам только кажется, что это слово знают во всем мире, как знают sputnik и  matrioshka. На самом же деле даже обитатели крупных российских городов иногда при первом знакомстве спрашивают: а что это такое, какой-то пригород Новосибирска? 

А «души населения» — это живые люди. С определенным образованием, культурой, мотивациями и интересами, ценностями и привычками. С точки зрения развития, движения, непрерывности особый интерес представляет молодежь. Эта группа наиболее активно взаимодействует с окружающей средой, в ней заключен наибольший потенциал для изменения мира вокруг. Кого считать молодым, на каком возрастном отрезке? Нижняя граница более-менее понятна. Около 22 лет, средний возраст окончания вуза. А верхняя? Не будем подсматривать в формальные документы, согласно которым молодость кандидата наук кончается в 35 лет, а доктора в 40. Важен, видимо, психологически молодой возраст, основные характеристики которого, как нам кажется — быстрая самообучаемость и самонастройка, широта кругозора, свежесть взгляда, нестандартное мышление и способность принимать нестандартные же решения.

А далее — три коренных вопроса:

Что изменить?

Зачем изменить?

Как осуществить изменения?

Опустим вопрос «для кого/чего». Очевидно, что Академгородок 2.0 — это про людей и для людей. Сразу же мы сталкиваемся с известной и до сих пор до конца не решенной  проблемой оттока человеческого капитала  или «утечки мозгов». Какие изменения нужны, чтобы люди с большим творческим потенциалом не уезжали, а оставались и обогащали (в том числе и в прямом смысле) Академгородок? Какие условия нужно создать, чтобы если и уезжали — то для того, чтобы вернуться и привезти с собой ценную информацию, новые знания и компетенции, впечатления, деньги и иные ресурсы, в том числе других потенциальных академгородковцев? Мы затерли до дыр формулировку «точка притяжения человеческого капитала», а каким образом заставить ее заработать? Постараемся ответить.

 «НГУ во главу»

Здесь нас уже в чем-то опередили более статусные идеологи Академгородка 2.0, договорившиеся о том, что его ядром должен стать НГУ. Развитие науки и бизнеса вокруг университета — на самом деле верный взгляд на вещи, поскольку компании самодостаточны, а институты консервативны. Даже если не оглядываться на условно западный опыт (условно — потому что здесь и Китай, и Япония, и Индия и много кто еще), то место встречи и точка сборки — именно университет. Здесь происходят важные межпоколенческие коммуникации (естественно, не только передача знаний «сверху вниз», но и множество обратных процессов), здесь на долгие годы завязываются неформальные контакты, несущие реальные выгоды (вспомним Ассоциацию «Союз НГУ» и институт послов НГУ). Университет — мост между школой и лабораторией, школой и компанией.

«Знания — инвестиции университета»

В развитие вышесказанного. Нам видится не совсем правильным, когда студент (особенно «бюджетник», то есть обучающийся за счет государства/налогоплательщика) получает знания, а потом уезжает и применяет их в другом месте страны или планеты. В порядке эксперимента следовало бы ввести практику заблаговременных контрактов студентов с университетом на обязательный несколькогодичный фронт работ после выпуска — в аффилированных с НГУ научно-технологических компаниях или путем создания собственной компании под крылом вуза. Со своей стороны университет должен оказывать всю возможную поддержку студентам, участвующих в таких программах.

Самый красивый вариант, как нам видится, состоит в снижении количества бюджетных мест как таковых и в предложении обозначенного выше контракта: студент получает бесплатное обучение взамен на работу в определенной структуре или системе. Таким образом мы восстановим советскую практику «распределения выпускников», но на добровольной и рыночной основе. Полезным видится и  распространение кредитов на обучение, а в самом универе нужно сделать упор на стажировки в компаниях во время учебы — так приобретаются связи, и уже после выпуска можно устроиться на хорошую позицию.

«Хорошие инструменты — комфортная работа»

Банальность, о которой мы всё равно не можем не сказать. Воплощение в жизнь из программы «Академгородок 2.0» в первую очередь ее научно-технической «железной» составляющей, которая снизит отток специалистов по причине отсутствия приборно-исследовательской базы. Собственно, Академгородок 2.0 был предложен Владимиру Путину и одобрен им прежде всего как инициатива по развитию исследовательской инфраструктуры, каковой и реализуется… Но как реализуется? Федеральные ресурсы де-факто выделены только на СКИФ и всё с ним прямо связанное: синхротрон включен в целевую национальную программу. Остальные проекты пока не нашли себя в нацпроектах и госпрограммах, а «просто так» средства российского бюджета не выделяются. А за счет бюджета Новосибирской области научная инфраструктура создаваться не может — только социальная и инженерно-коммунальная. Но СКИФ+социалка+дороги — это еще не Академгородок 2.0.

 «Всё для свободы бизнеса»

Академгородок 2.0 однозначно должен получить особый (возможно даже уникальный для России) статус специальной территории с максимальными льготами для научных исследований и разработок, инжиниринга и высокотехнологичного бизнеса. Здесь должен быть установлен режим зоны с налоговыми условиями, сверхпривлекательными для игроков в вышеуказанных сферах. Обязателен статус «резидента Академгородка 2.0» — доступный, разумеется, при соблюдении проверяемых критериев и показателей, и дающий немыслимые в обычной среде привилегии.

И максимальное упразднение участия государства в жизни науки, образования, бизнеса. Агентом государства в профессиональной сфере остается университет, не более. А как же институты, спросите вы? А мы ответим.

  «Эволюция институтов»

Постепенное (еще раз подчеркнем — постепенное, мягкое, со всеми и вся согласованное, а не в формате спецоперации «реформа РАН») упразднение институтов как единиц, всё менее и менее дееспособных в условиях современной экономики и глобальных научных трендов.  Институты имеют в основе советскую идеологию тотальной огосударствленности и неизменности: одно десятилетие за другим выполняют схожие госзадания, финансируемые из государственного же бюджета. Поэтому в наших НИИ нет стратегий на десятилетия вперед, нет конкурентоспособных зарплат, нет «смертных» единиц под некоторые конечные программы. Институты и лаборатории играют, правда, на поле конкуренции за гранты, при этом не имея почти никакого опыта и компетенций в развитии себя как бренда.

Всё это сильно губит и затормаживает фундаментальную науку, которая должна основываться на чистом взгляде и отсутствия выгоды. Поэтому давайте-ка не спеша, шаг за шагом, «сдвигать» все фундаментальные исследования под эгиду университета — что, кстати, полностью соответствует лаврентьевской идее симбиоза науки и высшего образования (Михаил Алексеевич, правда, пытался идти в обратном направлении и передать НГУ в Академию, но схема-то одна и та же!). Технологии для заработка — компаниям, науку — университету!

«Красота и гармония»

Приведение в порядок нашего уличного (коммунального и не только) хозяйства. Для начала —  введения обязательного дизайн-кода для улиц, фасадов, освещения, дорог, зеленых зон и так далее. Повсеместная стилизация. Должно быть красиво, со вкусом, с уважением к истории и культурному коду Академгородка.  Убрать и запретить в бескомпромиссном порядке все баннеры и рекламные конструкции. Для коммуникаций с потребителями давно уже есть более эффективные инструменты, а то, что мы сейчас видим на улице, не имеет никакого эффекта, кроме уничтожения эстетического облика нашей общей жизненной среды.

«Семейное счастье»

Создание лучших условий для самых дорогих нам людей — наших детей и родителей. Именно это играет решающую роль в принятии решения о том, где будет твой дом. Речь об образовании для младших и о медицине для старших. И то и другое требует радикального, на порядок как минимум, наращивания ресурсов, вкладываемых в эти сферы. Выведение зарплат педагогов и медиков  на принципиально новый уровень, например, за счет коллективных отчислений всех (!) местных компаний и бизнесменов в фонд повышения зарплаты учителей и врачей. Эти профессии должны стать особо престижными, с высокой конкуренцией на все позиции, начиная с нянечки и медсестры. Специальное отчисление может быть небольшим «обременением» статуса резидента Академгородка 2.0 (см. пн. 4), но крайне выгодным и позитивно воспринимаемым — так как деньги эти инвестируются буквально в их детей и родителей.



«Ничего лишнего»

Еще одна финансово-экономическая норма для будущего особого статуса Академгородка 2.0 — вложение средств в коммерческую недвижимость под гарантии ее использования по назначению и сразу после сдачи. Объекты не должны стоять пустыми, увеличивая понапрасну рыночную стоимость товара только за счет своей привлекательности. Недвижимость — инструмент развития, а не сохранения капитала.

«Деньги для своих»

Заказы на строительство и коммунальные нужды должны выдаваться местным компаниям — циркуляция денег, а не отток. А как же свобода конкуренции? Она останется, но в некоторых географически ограниченных рамках. При этом речь не идет об уникальных заказах наподобие проектирования и строительства СКИФа. В конце концов, в науке при объявлении конкурса на гранты вводятся ограничения для потенциальных участников, что не снижает градуса конкуренции между ними. К тому же в долгосрочном плане, конечно, привлечение из-за рубежа подрядчиков и исполнителей при должном антимонопольном контроле будет мотивировать местные компании развиваться.



« Образ мечты»

То, чего не хватает Академгородку на протяжении почти всей его истории (по крайней мере, постсоветской) — международной и национальной известности, притягательности, яркого позитивного имиджа. Не будем превращать этот абзац в учебник по PR, поскольку очевидна общая задача: создание яркой картинки, на основе которой у людей будут формироваться мечты, ведущие их в будущее именно здесь, в России, в Сибири, в Академгородке 2.0 — а не в другом городе или стране, которая смогла себя лучше представить на рынке грез.

«Друзья, любовь, жизнь»

Активное развитие молодежной культуры, прежде всего для послестуденческого возраста, то есть 22+. Молодые люди должны работать и отдыхать, тусоваться, общаться, знакомиться, влюбляться, устанавливать дружеские и деловые связи, находить нужные контакты, расширять свой кругозор благодаря новым людям в своей жизни. В мегаполисах из-за значительно более сильной циркуляции людей вероятность найти свою любовь и судьбу гораздо выше — это одна из причин, по которой молодые люди уезжают. Значит, в сравнительно маленьком городке должны быть приняты особые меры для восполнения той же функции. Шок социального вакуума, с которым нередко сталкиваются вчерашние выпускники вузов, должен быть нивелирован.



«В здоровом теле здоровый дух»

Создание всех мыслимых условий для спорта детей, взрослых и пожилых. Поясним: в сегодняшнем Академгородке есть очень ограниченный набор возможностей для спортивных занятий на улице и тем более в закрытых помещениях, которые можно пересчитать по пальцам. И набор таких занятий невелик, причем с уклоном в те, которые предпочитают люди старших поколений: несколько традиционных игровых видов, лыжи, плаванье, большой и настольный теннис… Более-менее универсальны по целевой аудитории коммерческие йога- и фитнес-центры, но цены в них нельзя назвать демократичными.

 Паркур и паркран (просим не путать), новые танцы, скейт, ролики и многое другое, столь популярное у молодежи, тоже требует некоторой материальной базы. А главное, чего не хватает для физического развития людей разных возрастов и пристрастий — это комплексных спортивных площадок. Мы смотрели форматы современного дворового и межквартального благоустройства в США — в каждом варианте десятки тренажеров и снарядов, а не 5-10 стандартных турников и брусьев, как у нас. В отличие от спортзалов, крытых арен и бассейнов такие объекты требуют не столько земли и денег, сколько желания.

Фото Михаила Тумайкина, Александры Федосеевой («Наука в Сибири») и из открытых источников

Послесловие редактора

Всё, что вы прочитали, написано молодежной командой, развивающей коммуникационный проект HAPPcore. Самому старшему из участников 25 лет, мне 60. Какие-то их идеи и предложения могут показаться наивными и несбыточными (мне, кстати, не показались), но большая часть высказанного или носится в воздухе или «попадает в нерв». Как и многие другие авторы раздела «Мнения и аналитика», авторы предлагают набор управленческих решений, для большинства которых нужны не столько ресурсы, сколько раскрепощенность, высокий интеллект и воля. Политическая, и просто.

А значит, к руководству программой «Академгородок 2.0» и ее продвижению (то есть и в органы власти многих уровней и сфер) должны прийти люди, обладающие этими качествами с хорошим запасом — не будем сбрасывать со счетов сопротивление среды.

Так что еще раз: раскрепощенность, интеллект, воля.

С уважением, Андрей Соболевский.

 

 

«Президенты Академгородка» предлагают

 Общественный транспорт и Академгородок

Академгородок — одна из самых важных частей Советского района и Новосибирска. Я живу здесь с самого рождения, и сейчас хочу обратить внимание на проблему, с которой многие жители сибирского научного городка смирились, хотя в их голове, несомненно, хоть раз мелькала мысль о том, что жизнь могла бы быть намного удобнее и лучше.

Транспортное сообщение с другими частями Новосибирска хоть и налажено, но нельзя не заметить явных его недостатков. Маршрутные такси № 321 и 35, автобус № 8 должны обеспечивать непрерывную и легкодоступную связь с Речным вокзалом, откуда без затруднений можно уехать в любую часть города. В действительности маршрутки и автобусы ходят намного реже, отклоняясь от официального расписания на несколько часов. Нужный транспорт приходится ждать около сорока минут, это может подтвердить любой прохожий на улице или анонимный отзыв в интернете.

К тому же большинство моделей автобусов и маршруток устарели. Нетрудно найти порванные целиком или частично чехлы сидений. Транспортные средства передвижения ездят на бензине, не используя более безопасное для экологии биологическое топливо или вовсе двигатель на электричестве.

Если бы я была президентом Академгородка, я бы постаралась решить проблему транспортного сообщения в как можно более короткие сроки. Я понимаю, насколько важно каждому успеть на занятия в учебное заведение, поехать на работу или на выходных посетить с семьей развлекательные центры.

Во-первых, маршрутки и автобусы должны придерживаться расписания и раз в десять минут забирать новых пассажиров. Возможно, потребуется запустить больше машин на маршрут. В Академгородке живет много людей. Они с радостью будут пользоваться общественным транспортом, если будут уверены в том, что им не придется простоять в ожидании полчаса. Чем больше людей ездит на общественном транспорте, тем меньше на дорогах машин. Значит, будет меньше пробок и, возможно, удастся уменьшить риск загрязнения воздуха.

Необходимо продлить время, до которого маршрутки и автобусы ездят в Академгородок. После представления в театре или посещения выставки сложно уехать домой самостоятельно. Приходится вызвать такси, что намного дороже проезда на общественном транспорте.

Во-вторых, Академгородок всегда считался важным культурным и научным центром, известным своими передовыми технологиями. Приобретение электробусов — показатель того, что Академгородок заботится об окружающей среде. Электробус также передвигается намного быстрее, плавнее и тише любого другого транспорта, таким образом не вызывая негативных эмоций ни у пассажиров, ни у пешеходов. Внутри электробуса созданы все условия для максимального комфорта.

Общественный транспорт требует обновления моделей на более новые. Внутреннее обустройство нужно постоянно поддерживать, предотвращая повреждения. На мой взгляд, Академгородок нужно прочно связать с остальным городом. Запуск непрерывного электробуса от Цветного проезда до Речного вокзала необходим давно.

Проблема общественного транспорта стоит очень остро. Ее решение важно для жителей Академгородка. Каждый знает, что живет в важной части города. Так почему он не может уехать домой после трудного рабочего дня или без проблем добраться до центра Новосибирска на важную встречу?

Юлия Юрьева

Необходимость обеспечения качественным жильем людей, проживающих в аварийных домах

Я родилась в Академгородке и живу здесь на протяжении шестнадцати лет. С этим местом меня связывает многое: семья, друзья, множество радостных воспоминаний. Мне нравится, что здесь, по сравнению с другими районами Новосибирска, очень тихо, уютно, жизнь течет очень размеренно, все друг друга знают. Складывается ощущение, что «городок ученых» — отдельный мир среди большого Новосибирска. Академгородок — место, в котором я чувствую себя спокойно и в безопасности. Но даже в любимом месте есть свои изъяны, не дающие мне порой покоя.

Самой главной проблемой Академгородка я считаю жилищные условия многих проживающих здесь людей. К сожалению, не все дома отвечают многим требованиям, а некоторые постройки вполне оправдано можно считать аварийными для жилья. Один из ярких примеров — дом на Вяземской, 15. Это разваливающееся строение находится недалеко от моего дома, и я каждый раз, когда иду мимо, ужасаюсь от этой картины: здание перекошено, квартиры, если их можно так назвать, крошечные, что уж говорить о внешнем виде дома. А самое интересное, что можно увидеть вокруг: новые, современные постройки с хорошими условиями для жилья. В этом старом деревянном бараке квартиры меньше, чем туалет в новостройке. Разве это нормально? Люди вынуждены ютиться в этих крошечных комнатах из-за недостатка средств для переезда. А живут в этом и других подобных домах зачастую пожилые люди. У них нет выбора, где жить, и приходится принимать хоть какое-то место для жилья.

Меня очень поразила ситуация, связанная с этим домом, которая произошла относительно недавно. На втором этаже здания начался пожар. Огонь поразил не только комнату, но и фасад дома. Пламя потушили, залили водой, но вместе с этим затопили и первый этаж. Но жителям Вяземской деваться некуда и приходится оставаться в таких аварийных условиях.

Описанный мною ранее дом далеко не единственный обладатель подобных условий жизни. Такие же бараки расположены на улице Российской. Их там не один и не два, а куда больше. Грустно, скорее даже морально тяжело, ехать мимо этих строений, изначально не предназначенных для постоянного жилья, понимая, как тяжело приходится людям. Ведь данные условия совершенно не пригодны для жизни. Полы в доме не должны быть прогнившими и проваливаться, через щели в стенах в непогоду не должен задувать ветер, площадь квартиры не должна быть настолько мала, что уже двум людям трудно в ней развернуться.

Минусов в таких невероятно старых деревянных домах невероятно много, а что-то хорошее найти невозможно. К моему огромному сожалению, в бараках продолжают жить люди. Кому-то повезло, их дом снесли и дали квартиру в новом хорошем доме, а кому-то — нет. И приходится терпеть такие условия, ибо вариантов других нет. Для людей, живущих в подобных строениях, речи не может идти о какой-либо жизни — тут разговор уже о выживании.

В Академгородке строится много новых жилых домов, и единственным вариантом решения проблемы с ужасающими условиями проживания я вижу переселение людей из деревянных бараков в новостройки. Да, чьи-то дома уже снесли, но далеко не всем так улыбнулась удача. Ни один человек не достоин жить в таких аварийных условиях, учитывая, что надежность старых хлипких домов падает с каждым годом, если не с каждым месяцем. Надеюсь, что люди получат нормальное место жительства до того, как их барак развалится окончательно.

Можно долго мечтать на тему, что было бы, если бы я стала президентом Академгородка. Сделать больше парков, полностью отремонтировать дороги, поставить фонари на темных улицах — можно много чего предпринять с такими полномочиями. Но надо понимать, что самое главное в любом месте — люди. Каждый человек достоин иметь хорошее, качественное место жительства, приходя в которое он будет радоваться и получать удовольствие от домашнего уюта. Разве может человек быть счастлив, радоваться жизни, если он живет в неподобающем для существования месте? Разумеется, нет. Я мечтаю о том, чтобы все люди были довольны своей жизнью, и благодаря этому, большинство проблем и несчастий пропадут. Я люблю Академгородок всей душой и всем сердцем, и хочу, чтобы все местные жители испытывали к нему такие же чувства. Но для этого еще слишком много надо изменить…

Арина Марченко

Конкурс «Президент Академгородка»

Если бы я стала президентом Академгородка, — это значило, что люди, живущие там, доверились мне и отдали за меня свои голоса, а потому я бы постаралась сделать их жизнь намного комфортнее и удобнее. Сначала стоило бы провести опрос у граждан городка, что бы они хотели изменить в нем и в какой сфере. Только общаясь с народом, можно понять, что ему необходимо на данный момент для того, чтобы его жизнь стала лучше. Который бы, формируя наказы для президента, направлял его в нужное русло. Хотелось бы дать людям понять, что от их решения и выбора зависит всё. Но, к сожалению, в настоящее время у меня нет результатов такого опроса, поэтому, как житель района, я могу указать на часть проблем, избавившись от которых жизнь в городке станет намного приятнее.Тротуары, действительно, являются проблемой, так как во многих местах они просто ужасны.

Велосипедисты, не имея собственных дорожек для перемещения, ездят там же, где ходят пешеходы, создавая опасные ситуации. Также проблема заключается и в том, что качество этих дорог оставляет желать лучшего. Например, на улице Арбузова тротуары находятся настолько в ужасном состоянии, что просто спокойно проехать с детской коляской уже затруднительно. Есть и такие места, где пройти обычному человеку сложно, что уж там до пенсионеров и людей с ограниченными возможностями! Естественно, став президентом Академгородка, я бы поставила одной из главных задач обеспечить городок хорошими тротуарами и выделила бы места для велосипедных дорожек, во избежание столкновений.

Система водоотведения и канализации города также создает досадные ситуации. Во многих местах Академгородка после дождя остаются огромные лужи, из-за которых приходится совершать крюк в поисках более сухого пути, что крайне неудобно, если вы куда-то спешите. Так что, если вы не в машине, — вы в луже. Я думаю, что данный вопрос не так сложно решить, как кажется. Остается найти нужных людей, которые могли бы помочь разрешить эту проблему.

Информационные порталы учреждений городка. Решив заглянуть на сайты некоторых организаций в поисках нужной мне информации, я столкнулась с еще одной проблемой. Сайты университетов, школ, больниц крайне непонятны и неприятны глазу. Зарегистрироваться на них — уже целое испытание. На многих сайтах университетов найти полезную тебе информацию довольно-таки сложно, и это отнимает очень много времени. В связи с ситуацией с коронавирусом многие школы перешли на дистанционное обучение, и, к сожалению, их веб-сайты просто неудобны для такого рода обучения. Из-за этого было сложно приспособиться к данным изменениям, тратя впустую нервы и время. Решить такую проблему, как мне кажется, очень просто. Нужно найти людей, которые могли бы создавать сайты удобными и понятными, в первую очередь, людям, и изменить обстановку хотя бы в государственных учреждениях. Ситуация с вирусом 2020 года показала, что нам нужно развиваться в данном направлении, чтобы впредь в подобных случаях мы могли безболезненно перейти на дистанционную форму взаимодействия.

Это, конечно, не все проблемы Академгородка, но их решение действительно улучшит жизнь граждан. Сделает ее более комфортной, чем она есть сейчас. Будучи президентом городка, я буду стараться слышать и слушать свой народ и, помимо глобальных вопросов, решать и жилищные проблемы, чтобы качество жизни в нашем районе стало в разы выше. Давать людям возможность выбирать, что им действительно нужно, ведь благодаря такой возможности, человек начинает чувствовать себя активным участником процесса — всё это приводит к тому, что он начинает менять жизненное пространство вокруг себя, преображая его в лучшую сторону.

Алина Дихтяренко

Спортивное будущее Академгородка

Многие люди, я думаю, хоть раз в жизни задавались вопросом, что бы они изменили, если бы занимали высокую должность в администрации района, города или даже всей страны. У каждого из нас свои приоритеты и свои проблемы, которые очень важны именно для него. Но так сложно учесть интересы всего общества, ведь каждому не угодишь, а проблемы все важны и значимы для людей. Тут встает вопрос о личности человека, который делает этот выбор ежедневно. Ведь во многом на принятие решения влияет его личный опыт, его жизненные ценности.

Вот, например, я с шести лет занимаюсь различными видами спорта. Поэтому меня очень волнует проблема организации соревнований в Академгородке, а также оснащения тренировочных залов и нехватки спортивных площадок во дворах нашего района. Каждое соревнование, в котором я участвовала, проходило обычно в центре города или в каком-то другом районе. В Академгородке находится множество спортивных школ, в которых дети занимаются различными видами спорта, но залы при этом не принадлежат спортшколе, а арендуются у общеобразовательных учреждений или университета. Эта ситуация не дает возможности спортсменам в полной мере отрабатывать какие-то технические элементы в достойных условиях. А также большой спрос на аренду спортивных залов приводит к тому, что времени на тренировки всем желающим не хватает. Еще в школах спортивные залы зачастую оснащены согласно выделенному бюджету и нет необходимого оборудования и места для того или иного вида спорта.

Если вы занимаетесь игровыми видами спорта, как я, то вряд ли найдете в Академгородке площадку на улице с хорошим покрытием и оборудованием. Летом занятий не проводят, но очень бы хотелось поддерживать форму, просто играя на площадке, которая была бы недалеко от твоего дома. Почему спортсмен, выросший и живущий в Советском районе, должен ездить в другой, чтобы просто иметь возможность позаниматься в должных условиях?

Будь я президентом Академгородка, в первую очередь постаралась бы решить именно эту проблему. Причем варианты решения есть. В нашем районе все мы можем наблюдать пустыри, которые всегда можно использовать под строительство спортивных комплексов. Один из них, например, находится напротив ПТУ № 55. Современный, оснащенный спортивный комплекс позволил бы принимать на своих площадках спортсменов из других районов, городов, что повысило бы значимость и узнаваемость нашего Академгородка, его престиж.

Еще во многих дворах есть возможность построить спортивные площадки для игровых видов спорта, доступные для жителей, этим нужно только заняться.

Также нужно рассмотреть вопрос оснащения спортивных залов общеобразовательный школ, чтобы у детей была достойная база для занятий.

Я понимаю, что в Академгородке существуют и другие немаловажные задачи, с которыми нужно разобраться. Например, вырубка лесов или старая система водоснабжения и канализации, которая уже не справляется с увеличивающимися темпами строительства в нашем районе.

Но очень хочется проблему спорта и здоровья молодежи всё-таки не задвигать на задний план, потому что это вклад в наше будущее. Во многом здоровье всей нации зависит от того, в каких условиях растут дети, чем занимаются и как проводят свободное время.

Пора задуматься об этом…

Алина Любарь

Конкурс «Президент Академгородка»

В газете «Навигатор» я увидела объявление о конкурсе эссе и решила поучаствовать. Для написания этого эссе я провела опрос и расследование. В результате моего небольшого исследования были выявлены следующие проблемы Академгородка: неприемлемое качество дорог; нехватка парковочных мест в придомовой территории; низкие зарплаты в государственных муниципальных учреждениях в сравнении со средней заработной платой в Российской Федерации; загрязнение окружающей среды (и в связи с увеличением количества автомобильных средств), которое приводит к уменьшению количества рыбы в водоемах и сокращению флоры и фауны в лесных территориях Академгородка; наличие огромного количества мусора на улицах, лесных тропинках, детских площадках, придомовых зонах научного центра; эмиграция молодых российских ученых в зарубежные учреждения.

Все вышеперечисленные проблемы важны, но в большей степени меня волнует, почему у Академгородка нет статуса Наукограда? Я считаю, что это, действительно, очень серьезная проблема, на которую нельзя закрывать глаза. В данный момент Академгородок является частью Советского района города Новосибирска. Изначально Академгородок строился как Сибирский научный центр. На данный момент в нем находится: 34 научно-исследовательских института; Технопарк; Новосибирский государственный университет; ЦКБ СО РАН; Президиум СО РАН; физико-математическая школа. Разработки и открытия институтов городка широко известны не только в России, но и во всем мире. Проблема заключается в том, что Академгородок не может реализовать весь свой потенциал. По моему мнению, причиной этого является нехватка финансов. Власти Новосибирска вкладывают в развитие Академгородка гораздо меньше, чем тот ежегодно приносит. Со статусом Наукограда решится проблема с финансированием. Также с этим статусом можно остановить утечку молодых умов за рубеж, которая началась в постсоветский период. Из-за малого финансирования институтов и заработной платы в них, квалифицированные специалисты, которых готовит Новосибирский государственный университет, уезжают в другие страны.

Уровень здравоохранения в Академгородке также поднимется с приобретением статуса Наукограда. Раньше, до передачи ЦКБ СО РАН в ведение муниципалитета, она была центром с новейшим медицинским оборудованием. Сейчас же больница, опять же из-за низкого финансирования, оставляет желать лучшего.

Проблему статуса можно решить несколькими способами. Во-первых, депутаты Академгородка должны проводить активные агитационные работы, просвещая жителей о ситуации. Во-вторых, нужно предать громкой огласке эту проблему в СМИ Академгородка. Например, в газетах «Бумеранг», «Наука в Сибири». Я искренне верю, что если предать достаточную огласку этой проблеме, неравнодушных будет много.

Таким образом, если бы я была президентом Академгородка, я бы делала всё, что в моих силах, чтобы сохранить прекрасное наследие, труды наших предков, окружающую нас природу, густые леса, полностью реализовать научно-исследовательский потенциал городка и изменить его статус.

Диана Морозова

Что бы я сделал, если бы был президентом Академгородка. Отсутствие детского отделения больницы

Академгородок — уникальное место, сочетающее в себе невероятный научный прогресс и величие природных красот и леса, подступающего к каждой улице. Помимо множества школ, институтов и научных центров, одну из важнейших ролей играют медицинские учреждения (как и в любом другом населенном пункте). Тут работают высококлассные врачи и настоящие профессионалы своего дела. Эти люди настоящие герои, выбравшие целью своей жизни помощь людям, что заслуживает бесконечной благодарности и уважения. Тем не менее, есть одна очень серьезная проблема системы здравоохранения Академгородка. У нас нет детского отделения больницы.

В Академгородке есть детское отделение поликлиники, в котором работает множество врачей разных направлений и в которую можно обратиться по записи. Но если происходит неотложный случай, и приезжает скорая помощь, то ребенка просто негде принять. В случае, если ему нужно к хирургу или травматологу, сначала ее или его везут на Пирогова, во взрослое отделение, где могут принять, но если ей или ему не могут помочь, то нужно ехать в город. Если же проблема иного характера, то приходится ехать в город сразу. Я испытала оба этих варианта на себе. К счастью, мои проблемы были не столь срочными, всё закончилось хорошо.

Но если мы представим, что счет идет на минуты, и помощь нужна моментально? Конечно, ребенок может быть принят во взрослом отделении, хотя там зачастую отказывают. Но ведь не всегда можно точно определить критичность состояния, и иногда дорога в город отнимает драгоценное время лечения, и медики ничего не могут с этим сделать.

Десятого ноября 2010 года умер восьмимесячный Максим Максимов. Одной из причин трагедии стали отказы во всех отделениях неотложной помощи Академгородка. Скорой помощи пришлось везти мальчика в центр города, но много времени (по данным СМИ, несколько часов) было потеряно в пробках. Его мама — Дарья Макарова — пыталась сделать всё, чтобы такое не повторилось ни с чьим ребенком. Проводились собрания, и дело было доведено до президента РФ. Но детской больницы в Академгородке так и нет.

Решений этой проблемы может быть несколько. Одно из них — постройка совершенно нового здания отделения детской неотложной помощи со своим оборудованием, парковкой, штабом врачей и прочим. Но это требует внушительных денежных средств. Другое, менее затратное решение — организация отделения на базе существующей больницы, возможно, создание пристройки. Еще один вариант — докупить лишь некоторое оборудование в разные клиники и создать несколько небольших отделений на базе разных учреждений. В экстренной ситуации ребенок отправляется туда, где работают специалисты по конкретному профилю. В любом случае, необходимы врачи данного направления и дополнительный персонал. Решение проблемы потребует затрат.

Никакие деньги не сравнятся с жизнью и здоровьем ребенка. И несмотря на то, что инциденты уже случились, жители Академгородка по-прежнему не могут быть уверенными в том, что их детям смогут оказать помощь в трудную минуту. Эта острая проблема, требующая решения. Надеюсь, власти смогут решить ее в скором времени и обеспечить всем качественную помощь по вопросам здоровья.

Маргарита Чурина

Фото Екатерины Пустоляковой и Елены Трухиной («Наука в Сибири»), Михаила Тумайкина, Андрея Соболевского и из открытых источников

Сверхмалый спутник НГУ выведен на околоземную орбиту

«На следующий день после запуска в дневном сеансе «НОРБИ» вышел на связь, и мы смогли получить первую телеметрию, — рассказал заведующий лабораторией малых космических аппаратов ОАИ НГУ Виталий Прокопьев. — Дальше нам предстоит этап летных испытаний по оценке работы всех подсистем, включение целевой полезной нагрузки — детектора заряженных частиц “Декор”, обеспечивающего мониторинг космической погоды на полярной орбите».

На аппарате НГУ стоит полезная нагрузка НИИ ядерной физики имени Д. В. Скобельцына МГУ для мониторинга гелиогеофизических параметров околоземного космического пространства в интересах Росгидромета и дополнительная целевая аппаратура акционерного общества «Информационные спутниковые системы» — набор перспективных коммутационных плат формата SpaceWire. АО «ИСС» проводит испытание плат, чтобы подтвердить возможность проведения их летной квалификации в составе спутников формата CubeSat и дальнейшей интеграции аппаратуры в состав федеральных космических аппаратов.

МКА «НОРБИ» был запущен в рамках программы госкорпорации «Роскосмос» «УниверСат». Программа позволяет реализовывать запуски малых космических аппаратов разработки российских университетов и научных центров, с учетом требований госкорпорации «Роскосмос» по полезной нагрузке.

Над территорией Новосибирска МКА «НОРБИ» будет пролетать 2 раза в сутки, каждый раз находясь в зоне радиовидимости примерно 10 минут.

СмКА «НОРБИ» собран на базе универсальной модульной спутниковой платформы, разработанной в ОАИ НГУ в рамках проекта Федеральной целевой программы Минобрнауки РФ 2017–2019 годов. Платформа создавалась совместно с индустриальным партнером университета — ОКБ «Пятое поколение».

Свое название аппарат получил в честь маленького робота Норби из одноименного цикла рассказов для детей известного фантаста Айзека Азимова. Имя робота является анаграммой имени дочери писателя — Робин.

По материалам портала НГУ

Фото ГК «Роскосмос»

Коордсовет: «Академгородок 2.0» станет комфортной средой для жизни и творчества

Встреча проходила под председательством губернатора Новосибирской области Андрея Александровича Травникова в режиме онлайн-конференции. Глава СО РАН подчеркнул, что участниками не обсуждались проекты развития научной инфраструктуры, поскольку они реализуются в рамках не региональных, а федеральных адресных инвестиционных программ (ФАИП). «Тем не менее мы прослушали сообщение о состоянии работ по источнику синхротронного излучения СКИФ», — заметил Валентин Пармон.

 

Валентин Пармон

Во главу угла были поставлены последние (от 28 марта 2020 года) поручения президента РФ Владимира Владимировича Путина о создании объектов жилищного строительства и транспортной инфраструктуры для привлечения и комфортного проживания обучающихся и работников образовательных и научных организаций путем координации мероприятий, предусмотренных национальными проектами «Наука», «Образование», «Жилье и городская среда», «Безопасные и качественные автомобильные дороги» и другими. Председатель Сибирского отделения пояснил, что ключевые объекты транспортной и социальной инфраструктуры «Академгородка 2.0» усилиями властей субъектов Федерации должны быть вписаны в перечни мероприятий региональных составляющих нацпроектов, в частности осуществляемых в Новосибирской области. «Это надежный источник финансирования, дающий большие деньги», — сказал В. Н. Пармон.

Критической точкой в реализации дорожно-транспортной составляющей программы развития ННЦ Валентин Пармон назвал начало строительства синхротрона СКИФ: «Как только были запущены работы на этом огромном градообразующем объекте, началось ускорение и по планированию развития связанной с ним дорожно-транспортной сети». Академик отметил хорошо подготовленный доклад регионального министра транспорта и дорожного хозяйства Анатолия Викторовича Костылевского. «Он детально представил проработки по обеспечению транспортной доступности на маршруте СКИФ — Кольцово — аэропорт Толмачёво, по строительству развязок и новых дорог, — констатировал Валентин Пармон. — Единственным минусом могу назвать недостаточное пока что внимание к проблеме отвода от Академгородка, сегодняшнего и будущего, транспортных потоков с уже строящегося Восточного обхода. Грузоперевозки станут нарастать и по мере возведения такого грандиозного объекта, как СКИФ. Позиция Сибирского отделения однозначна: тяжелый транспорт категорически не должен двигаться сквозь Академгородок в широком его понимании, то есть включающий Нижнюю Ельцовку и другие микрорайоны. В этом вопросе мы чувствуем понимание мэрии Новосибирска».

Прорабатывается, в том числе с финансовой стороны, вопрос о создании железнодорожной платформы «Университетская» и пересадочного транспортного узла рядом с ним. «Это правильное решение, — подчеркнул В. Н. Пармон. — К университету студенты и другие категории пассажиров электричек будут попадать, как и в другие точки верхней зоны Академгородка, минуя пересадку на стоящий в пробках автотранспорт, что происходит сегодня при транзите через станцию “Сеятель”. Разумен и перенос платформы “Обское море” к освещенной дорожке через лес и к имеющимся переходам через Бердское шоссе и железную дорогу. Что касается соединения Академгородка и Кольцова, то в ближайшее время планируется расширение дороги до двух полос в каждую сторону». Также была рассмотрена необходимость более надежной транспортной связанности с Академгородком и всем Новосибирском малоэтажных поселков «Веста», «Сигма», «Ложок» и микрорайона «Серебряное озеро». Говоря об этих населенных участках, формально относимых к сельской местности, Валентин Пармон отметил важность обеспечения их всеми социальными объектами по городским нормативам.

Среди первоочередных дорожных объектов было также названо соединение улиц Демакова и Арбузова, расширение проспекта Строителей в его примыкании к улице Кутателадзе, где планируется реорганизация движения с прямолинейного на круговое. «Во всех планах областного правительства присутствуют три развязки на въезде-выезде из Академгородка, — дополнил глава СО РАН, — то есть на соединениях с Бердским шоссе проспектов Морской, Университетский и Строителей. Уже выделены средства, начато проектирование, и мы надеемся, что в ближайшие годы движение на этих участках станет более комфортным».

Говоря об объектах социальной инфраструктуры, Валентин Пармон подчеркнул важность соблюдения сроков демонтажа старого и строительства нового здания гимназии № 3 в верхней зоне Академгородка: «Президиум СО РАН никогда не поддерживал решение о сносе существующей школьной постройки и строительстве на этом месте новой, — подчеркнул академик. — Мы всегда считали, что возможны решения по созданию комфортных условий для учебы без сноса памятного для Академгородка здания. Но окончательное решение этого вопроса принадлежит мэрии Новосибирска, которая под давлением родителей и учителей (поддержанных, кстати, Общественным советом при администрации Советского района) поступила так, а не иначе. В планах мэрии демонтажные работы должны были начаться в 2020-м году. Теперь ясно, что они, вследствие бюрократических проволочек, перенесены на 2021-й, но дальше сдвигать по времени абсолютно недопустимо, тем более что свои коррективы внесут и последствия пандемии коронавируса».

 

В качестве обратного примера академик привел ситуацию со строительством нового корпуса лицея № 130 имени академика М. А. Лаврентьева: «Обещание сдать его к нынешнему первому сентября видится выполнимым, по моим сведениям на некоторых этажах учителя в ближайшие недели приступят к оборудованию классных комнат».

Председатель СО РАН рассказал, что после трагического инцидента с подпольной дискотекой мэрия Новосибирска поддержала предложение ученых о строительстве молодежного центра на площадке возле пересечений улиц Арбузова и Российской. «Параллельно областное правительство выдвинуло интересную идею — реконструировать с той же целью Дворец культуры “Юность”, находящийся в муниципальной собственности и, как мне представляется, мало используемый мэрией. Этот вариант видится вполне разумным, его надо проработать в ближайшее время», — поделился Валентин Пармон.

Другим важным событием, по его мнению, стало бы завершение строительства Дома милосердия (для одиноких, малоподвижных и малообеспеченных пожилых людей) при церкви в верхней зоне Академгородка. «С ним есть проблемы правового характера, — подчеркнул глава Сибирского отделения, — поскольку речь идет о территории и незавершенной постройке, находящихся в собственности Русской православной церкви. Здание на 70 мест возведено по старым нормативам, для его ввода в эксплуатацию требуется сумма от 50 миллионов рублей. Здесь важна административная поддержка: включение этого объекта в официальные планы области и муниципалитета позволит более интенсивно решать вопрос».

Столь же проблемным является по-прежнему не реконструированный ДК «Академия». Валентин Пармон информировал, что СО РАН произвело все процедуры по передаче объекта на баланс мэрии, но, как выяснилось, для начала обновления Дома культуры требуется перевести в муниципальную собственность еще по одному метру земли, примыкающей к строению. «Я предчувствую, что назревшее и перезревшее решение, о котором идет речь с 2012 года, снова затормозится, — сказал академик. — Дело еще и в том, что архитектурные проекты, которые разработаны по поручению мэрии, могут не пройти требований, связанных со статусом объекта культурного наследия, которым является вся верхняя зона Академгородка».

Председатель СО РАН считает, что по итогам заседания Коордсовета в планы областного правительства может быть включено проектирование и строительство научного музейного комплекса регионального значения — «Открывариума», — как одного из проектов «Академгородка 2.0». «Он должен стать ключевым звеном в цепи просветительских точек, включающей музеи НГУ и научных институтов, открытых частных собраний», — предполагает В. Н. Пармон.

На заседании Координационного совета большое внимание также уделялось развитию инфраструктуры спорта и отдыха. «По нашему предложению, — отметил руководитель СО РАН, — была принята схема разделенной реконструкции лыжной базы имени Алика Тульского. Строение справа от дороги на Ключи должно стать основой для муниципальной детско-юношеской спортивной школы, а кирпичное здание с другой стороны — общедоступной базой зимних видов спорта и стартово-финишным пунктом ежегодно проводимой здесь “Лыжни России”. Это, разумеется, объект уже регионального уровня собственности».

Валентин Пармон рассказал, что мэрия Новосибирска согласилась взять на баланс и реконструировать спортивный комплекс СО РАН на проспекте Строителей, 23 (футбольное поле и каток, два небольших здания). Рядом находится площадка, исторически называющаяся «Мангуста» — территория и строения изначально складского типа, стоящие на балансе ФГБУ «Управление материально-технического снабжения» Министерства образования и науки РФ. «Мы предлагаем создать на этой базе многофункциональный детский спортивный комплекс, — рассказал председатель Сибирского отделения. — Вместе с прилегающими объектами, о которых шла речь выше, здесь может сложиться настоящий кластер детского спорта. Это место идеально с точки зрения транспортной и пешеходной доступности для жителей почти всех частей Академгородка».

«Запустить такой проект будет очень и очень непросто, — подчеркнул академик В. Пармон, — поскольку площадка с “Мангустой” и большой группой арендаторов со своими интересами не находится в ведении ни области, ни мэрии, ни СО РАН, но подведомственна Минобрнауки РФ. Тем не менее сегодня принципиальным шагом может стать включение этого объекта в общий региональный план реконструкции и создания спортивных объектов “Академгородка 2.0”, тогда можно будет начинать более ответственную проработку всех имущественных вопросов».

 

 
 

Хотя Академгородок иногда называют городом-лесом, благоустроенных мест отдыха, особенно с детьми, в Советском районе Новосибирска не так много. Поэтому, как рассказал председатель СО РАН, на заседании Координационного совета пристально рассматривались, независимо от размера и удаленности, несколько перспективных предложений по зонам рекреации. Получили поддержку региональной власти идеи общественников создать зеленую тропу на месте демонтируемой железнодорожной ветки вдоль ручья Чербузы и разбить сквер вблизи перекрестка улиц Российская и Демакова. 

Другая рекреационная зона, согласованная с мэрией Новосибирска, планируется в продолжение улицы Терешковой. «В настоящее время эта территория управляется СО РАН, — уточнил Валентин Пармон, — но может быть передана в муниципалитет под уже прозвучавшее обязательство оборудовать там места отдыха родителей с детьми. Хотя можно обойтись и без перевода участка из федеральной собственности в городскую: есть удачный нормативный документ, позволяющей мэрии своими ресурсами благоустраивать территории независимо от их принадлежности. Исходный вопрос в том, кто профинансирует техзадание и проект этой рекреации».

«Особой позицией обсуждался на Координационном совете вопрос о ветхом жилом фонде в нижней зоне, — поделился В. Н. Пармон. — Это территории для перспективной комплексной застройки, но там царит настоящая чересполосица: одни объекты закреплены за СО РАН, другие за федеральным Минобрнауки, есть муниципальные, частные… Чтобы решить проблему, нужно, как и в ряде других ситуаций, сделать первый принципиальный шаг — включить мероприятия по ветхому фонду в планы областного правительства по реализации программы “Академгородок 2.0” и начинать шаг за шагом решать и эту проблему».

«Вопросы развития научной инфраструктуры и создания новых институтов развития также упоминались на онлайн-заседании, но решаются они по отдельным регламентам и каналам, — напомнил руководитель Сибирского отделения РАН. — Поэтому общая картина с реализацией программы “Академгородок 2.0” внушает оптимизм. Разумеется, сложная экономическая и социальная обстановка, в которой оказалась вся страна, может сказаться на сроках финансирования, проектирования и осуществления тех или иных проектов. Но если говорить о транспортной, коммунальной и социальной составляющих, то руководство Новосибирской области во главе с Андреем Александровичем Травниковым демонстрируют способность мобилизовать те ресурсы, которыми располагает регион».

 

«Наука в Сибири»

Фото Юлии Поздняковой (портрет) и из открытых источников

Диагноз Сибирской науки: острая суперкомпьютерная недостаточность

На совместном заседании руководства Сибирского отделения РАН и Совета ректоров ВУЗов Новосибирской области, состоявшемся в Сибирском отделении Российской академии наук 19 марта 2020 года, основной темой стало подписание стратегически важного соглашения по созданию единого межвузовского и межинституционального цифрового пространства – среды для совместной научно-технической деятельности студентов, преподавателей и сотрудников научно-исследовательских учреждений на основе системы распределенных взаимно-интегрированных суперкомпьютерных ресурсов и вычислительных платформ Новосибирской области — «СНЦ ВВОД».

Целью совместного заседания являлась организация обмена научно-технической информацией и исследовательскими данными, реализация совместных проектов и создания перспективных инновационных разработок, формирования сквозной цифровой коммуникационной среды между высшей школой и академическим научным сообществом Новосибирской области.

Сегодня критические (прорывные) технологии в государствах, стремящихся к экономике знаний, разрабатываются с использованием высокопроизводительного анализа данных на базе суперкомпьютерной инфраструктуры. Без этого невозможно создавать современные изделия высокой сложности (аэрокосмическая техника, суда, энергетические блоки электростанций различных типов) и даже средней сложности (автомобили, конкурентоспособная бытовая техника и т.п.); невозможно быстро разрабатывать новые лекарства и материалы с заданными свойствами, проводить эффективные диагностические процедуры; невозможно опережающими темпами развивать перспективные технологии (био-, нанотехнологии, решения для энергетики будущего и т.п.). Сегодня суперкомпьютерные технологии (СКТ) по праву считаются ключевым фактором обеспечения конкурентоспособности экономики всей страны и ее достижений в науке и технике. В настоящее время суперкомпьютерная отрасль – одна из наиболее конкурентных в мире, в ней развернулась настоящая «гонка вооружений», она предоставляет владельцам высокопроизводительных компьютерных систем и конечным пользователям большие возможности в сфере научно-технологического лидерства. Вхождение России в пятерку ведущих научно-технических держав мира невозможно без обеспечения доступа научно-исследовательских и образовательных учреждений к таким системам, и в первую очередь — в сильных нестоличных научно-технологических центрах, поскольку здесь объективно самая высокая необеспеченная потребность в стране.

 

Эскизный проект СНЦ ВВОД

Сейчас, в условиях кризиса, вызванного в числе прочего пандемией коронавирусной инфекции, суперкомпьютер в Китае предоставляет докторам всего мира бесплатный доступ к диагностическим инструментам на базе искусственного интеллекта для ранней идентификации пациентов с COVID-19 путем анализа результатов сканирования грудной клетки. По данным Национального суперкомпьютерного центра в Тяньцзине, на компьютере Tianhe-1 система искусственного интеллекта может просмотреть сотни изображений, полученных с помощью компьютерной томографии (КТ), и поставить диагноз примерно за 10 секунд с вероятностью более 80%, причем рост точности диагностики все возрастает, по мере продолжающегося машинного обучения. Использование искусственного интеллекта и других технологий резко возросло по мере того, как Китай запускал собственные автономные решения, созданию которых был присвоен самый высокий государственный приоритет с самого начала эпидемии, начиная от роботизированных очистителей и заканчивая голосовыми помощниками, чтобы помочь сдержать быстро распространяющийся вирус.

К сожалению, в России пока не сформирована соответствующая государственная повестка — несмотря на то, что именно новосибирским Государственным научным центром «Вектор» впервые в России зарегистрирована в Росздравнадзоре тест-система, которая выявляет РНК COVID-19 методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) и обеспечено проведение тестирования всей первой волны пациентов с подозрением на коронавирусную инфекцию, а при Сибирском отделении РАН сформирована межведомственная рабочая группа по ускоренному технологическому трансферу в промышленность перспективных отечественных разработок, способных остановить пандемию, Сибирь по-прежнему не в фокусе приоритетов по обеспечению необходимой киберинфраструктурой: научно-исследовательские и образовательные учреждения Сибирского региона вновь оказываются заложниками существующей системы распределения суперкомпьютерных и информационно-телекоммуникационных ресурсов в России.

В погоне за мировыми рейтингами в обладании такими ресурсами в настоящее время активно соревнуются столичные регионы. Так, для Объединённого института высоких температур Российской академии наук (ОИВТ РАН), научным руководителем которого является академик Владимир Евгеньевич Фортов, Ростех недавно запустил суперкомпьютер «Фишер». Он дополнит уже работающий в ОИВТ РАН суперкомпьютер DESMOS. Самые мощные российские суперкомпьютеры на сегодня — это «Ломоносов» и «Ломоносов 2», установленные в МГУ имени М.В. Ломоносова. Есть машины подобного класса в Гидрометцентре и в Сбербанке, «Кристофари» которого, установленный в Сколково, в настоящее время является самым мощным в России и 29-м по мощности в мировом рейтинге. По мнению В.Е. Фортова, размещенному на портале «Будущее России. Национальные проекты», «инфраструктура всегда должна обгонять потребности».

Однако, в рамках этой, безусловно, позитивной тенденции, в беспросветной изоляции оказываются нестоличные регионы — за последний год доля Новосибирского научного центра сократилась до 1,5% в структуре общих российских суперкомпьютерных ресурсов, а с вводом «Фишера» и других суперкомпьютеров в Москве по некоторым оценкам может стать и вовсе менее 1%.

«Развитию соответствующих технологий в России посвящено Поручение Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина от 7 августа 2016 г. о повышении эффективности развития суперкомпьютерных и грид-технологий в Российской Федерации, кроме этого, в настоящее время мы ожидаем выхода Поручения по итогам состоявшейся 4 февраля в г. Череповец встречи Президента Российской Федерации с научной общественностью. В данной встрече принял участие делегат Сибирского отделения РАН, первый заместитель директора Института вычислительных технологий СО РАН Андрей Васильевич Юрченко , предложив предусмотреть распределенный межрегиональный характер размещения данной инфраструктуры с локализацией суперкомпьютерных центров первого уровня не только в Москве, но и в Санкт-Петербурге, Новосибирске, Казани и Владивостоке, а также создание современных «фабрик данных», — прокомментировал по итогам заседания вице-президент Российской академии наук и председатель Сибирского отделения РАН академик Валентин Николаевич Пармон .

Советник по перспективным проектам вице-президента РАН, Председателя Сибирского отделения РАН, Ольга Дорохова

 

На острие восточного вектора

Новое и во многом уникальное структурное подразделение СО РАН называется «Международный научный центр по проблемам трансграничных взаимодействий в Северной и Северо-Восточной Азии». О Центре (или сокращенно МНЦ) рассказывают наши собеседники — директор Института экономики и организации промышленного производства (ИЭОПП) СО РАН академик Валерий Анатольевич Крюков, руководитель Центра стратегического анализа и планирования ИЭОПП,  доктор экономических наук Вячеслав Евгеньевич Селивёрстов и директор центра сценарного анализа и прогнозирования SAFC Александр Фёдорович Брагинский (Республика Казахстан).

(далее…)