Сессия отделения архитектуры Российской академии архитектуры и строительных наук прошла в рамках XIII Международного форума-выставки «Сибирская строительная неделя-2025» на площадке Новосибирского государственного университета архитектуры, дизайна и искусств имени А.Д. Крячкова. Участие в мероприятии приняли полномочный представитель Президента РФ в Сибирском федеральном округе Анатолий Анатольевич Серышев и заместитель губернатора Новосибирской области Ирина Викторовна Мануйлова. 

Полпред отметил, что Указом Президента России определены национальные цели развития государства, направленные на создание устойчивой и динамичной экономики, комфортной и безопасной среды для жизни, обеспечение технологического лидерства страны. Строительство СКИФ ведется в рамках национального проекта, и это показательный пример большой совместной работы строителей и ученых по созданию научного центра будущего планетарного масштаба. «Перед нами стоят задачи к 2030 году создать условия для вхождения России в число десяти ведущих стран мира по объему научных исследований и разработок, обеспечить нашу технологическую независимость. Достижение национальных целей требует сотрудничества всех участников процесса, включая органы власти, представителей бизнеса, и ученых, которые выступают авторами научного и технологического прогресса России. Архитекторам нужно заглянуть вперед на несколько десятилетий и заложить перспективу для роста и развития наукограда, отразить научно-технический потенциал Кольцово, сделать его облик органичным и узнаваемым», — подчеркнул Анатолий Серышев.

Заместитель Губернатора Ирина Мануйлова напомнила, что строительство ЦКП СКИФ является флагманским проектом, реализуемым в Новосибирской области в рамках программы «Академгородок 2.0». «Более 25 компаний реального сектора экономики заявили о своем интересе к исследовательским мощностям будущей установки СКИФ  — среди них госкорпорации “Росатом”, “Ростех”, предприятия электронной, инструментальной, нефтегазовой и биомедицинской промышленности», — сообщила она. 

Для реализации комплексного подхода к градостроительной части проекта ЦКП СКИФ Новосибирской областью определено 30 инфраструктурных проектов, в том числе 10 объектов транспортной инфраструктуры, 17 объектов социальной инфраструктуры, включая строительство служебного и ведомственного жилья.

 По материалам пресс-службы министерства науки и инновационной политики НСО

Иллюстрация архитектурного бюро «Амбилюкс»

Больше информации по Академгородку 2.0 и СКИФ — в нашем Телеграм!

Государственную награду Анатолий Анатольевич получил за большие заслуги в области архитектуры и многолетнюю добросовестную работу. Анатолий Кондратьев родился в 1940 году. Заслуженный архитектор РФ, советник РААСН, член градостроительного совета Новосибирска, лауреат многих профессиональных конкурсов, Заслуженный ветеран СО РАН, профессор Международной академии архитектуры. Являясь с 1995 года главным архитектором СО РАН, руководил авторскими коллективами, разрабатывавшими генеральные планы перспективного развития застройки ННЦ СО РАН, СО РАМН, территорий научных центров СО РАН в Иркутске, Красноярске, Кемерово, целого ряда комплексов научно-исследовательских институтов и СКБ «пояса внедрения» в ННЦ, НЭТИ, Института кооперативной торговли, жилых районов.

В последние годы А.А. Кондратьев много работал как над планами комплексного ландшафтно-градостроительного развития Новосибирского научного центра (в том числе и в контексте программы «Академгородок 2.0»), так и над отдельными архитектурными комплексами. Не все идеи и замысли Анатолия Анатольевича нашли воплощение в актуализируемых сегодня проектах, но несомненен его вклад в концептуальную проработку Академгородка 2.0, в его насыщение по-настоящему лаврентьевскими идеями.

Анатолий Кондратьев — настоящий подвижник архитектуры, разноплановый и вдохновенный. Среди его проектов — не только научные и гражданские строения, но и обе церкви новосибирского Академгородка, патриотом которого Анатолий Анатольевич зарекомендовал себя очень давно. Это основатель авторской архитектурной мастерской, вдохновенный живописец и рисовальщик, знаток сибирской природы, мемуарист и желанный автор нашего раздела «Мнения и аналитика».

Желаем Вам, дорогой Анатолий Анатольевич, долголетия и здоровья, признания и поддержки,  радости и счастья!

Редакция сайта «Академгородок 2.0»

Министр науки и инновационной политики Новосибирской области Алексей Васильев на этой встрече констатировал, что наличие развитого научно-технологического блока в экономике региона существенно отличает его в лучшую сторону от других территорий Сибири. Развитие этого направления, которое включает в себя и «Академгородок 2.0» — очень амбициозный план, предусматривающий как минимум двукратное увеличение масштабов этой деятельности и суммарный рост населения на сотни тысяч человек.

Программа касается нескольких муниципалитетов Новосибирской области. Но на данный момент в приоритете четыре направления. Это СКИФ (Сибирский кольцевой источник фотонов, который при выходе на полную мощность предполагает не менее 1000 новых рабочих мест и порядка 10 тысяч в год приезжающих исследователей. Это планы развития НГУ с удвоением числа обучаемых к 2030 году и с пропорциональным наращиванием инфраструктуры университета: учебной, исследовательской и социальной. Третьей точкой развития является Академпарк — перед ним поставлена задача двукратного расширения имеющейся инфраструктуры для поддержки инновационного бизнеса. Эти три проекта не обеспечивают комплексности и сбалансированности всей экосистемы обновляемого и расширяющегося Академгородка. Именно поэтому четвёртым приоритетным направлением стал SmartCity. В правительстве НСО для этого проекта создана специальная рабочая группа под руководством вице-губернатора Ирины Мануйловой.

 

Конечно, существующие территории Академгородка не будут консервироваться, сейчас разрабатываются мероприятия по их реновации. Но взрывной характер увеличения количества рабочих мест требует появления нового микрорайона Академгородка. Ведь соответствии с идеями Михаила Алексеевича Лаврентьева масштабные научные и инновационные проекты всегда должны быть подкреплены высококонкурентной и качественной средой для жизни: этот принцип, как мы прекрасно помним, был почти на 100% реализован в первоначальном Академгородке. 

Однако за 65 лет во многом изменились социальные приоритеты, и, тем более — потребительские, жизненные стандарты. Новым поколениям даже в начале карьеры недостаточно комнаты в общежитии или «на подселении», как в советскую эпоху. Поэтому Академгородок в своём настоящем виде перестал быть центром притяжения для молодежи, как некогда. И в контексте создания SmartCity главным требованием к этой территории является ответ на вопрос: какие условия нужно создать, чтобы молодой человек, приехавший учиться в НГУ, захотел остаться здесь жить. Задача, стоящая перед нами всеми — формирование среды для жизни и деятельности  интеллектуального человека, конкурентной с подобными мировыми средами, с учетом наших географических и климатических особенностей.

Основным предметом рассмотрения на семинаре стал мастер-план SmartCity (точнее его проект), подготовленный командой архитекторов-градостроителей под руководством Петра Долнакова. С одной стороны — более чем профессиональная работа, ставшая важным шагом «от идеи до котлована». С другой стороны, мастер-план не свободен от противоречий и белых пятен: он готовился не напрямую по нашему запросу, а как заказ областного правительства (с которым мы плотно контактируем, но при ретрансляции неизбежны информационные и смысловые провалы). Поэтому, разделившись на тематические группы, мы взялись «допроработать» четыре каркаса SmartCity:

— инженерный;

— экономический;

— архитектурный и экологический;

— демографический, культурный и социальный.

Не пересказывая бурных обсуждений, сразу перейду к их результатам. То есть к нашим коллективным, согласованным ответам на вопросы «что должно быть» и «чего быть не должно» по всем направлениям.

Начнем с экономики. А также управления и общих принципов градостроительства. В SmartCity по определению не может быть жилья, лукаво обозначенного «бюджетным», а на самом деле клетушек для малоимущих. Мы честно отдаем себе отчет, что хотим создать изначально джентрифицированную среду.  При этом жильё должно строиться «под ключ» (готовым к заселению), не менее 40% должны занимать арендные жилища. О том, как это всё должно выглядеть «в общем и целом» — читайте дальше, в описании архитектурно-экологического каркаса.

Отказ от вредных (не экологичных) производств, в том числе наукоемких, и дублирующих (конкурирующих) научных и других организаций. На территории должны быть: новые исследовательские учреждения, инновационные предприятия (включая IT-компании как отраслевое ядро). Кроме этого, важными элементами экономики SmartCity мы видим предприятия, обеспечивающие качество жизни, и население с высоким НДФЛ.

Образование:  государственное и частное всех ступеней — среднее, среднеспециальное, высшее, дополнительное. Фокус на новое — не только в науке и технологиях, но и в подходах к  градостроительству и обеспечению жизнедеятельности города. Он на самом деле должен стать Smart: интеллектуальные сферы занятости, умные жители и умное управление (регуляторная песочница). Как минимум, SmartCity видится отдельным муниципальным образованием из части Барышевского сельсовета, включающим также Ложок, «Горки Академпарка», малоэтажные кооперативные поселки «Сигма» и  «Веста». Как максимум — частью нового большого муниципалитета для всего Академгородка, куда входила бы и сегодняшняя часть территории Барышевского сельсовета (см. выше).

Есть варианты реализации проекта и без перекройки межмуниципальных границ: например, в формате КРТ (Комплексного развития территории) — механизма, введённого законом №494-ФЗ в конце 2020 года. При таком подходе возможно объединение в один проект старого и нового Академгородка, реновация существующих микрорайонов и строительство нового (SmartCity) как эталона качества жизни в Сибири. Не исключается и использование возможностей, предоставляемых 216-ФЗ о научно-технологических долинах.

По нашему мнению, SmartCity должен быть по определению инвестиционно привлекательной территорией и работать как корпорация, получающая доходы от рекламы, девелопмента, услуг и всего прочего, при этом пускающая всю прибыль в развитие.

Инженерный каркас начитается с очевидной необходимости закрытия свалки на кольцовской трассе, стыдливо именуемой «полигоном». Главной предпосылкой для этого является один из лучших инновационных проектов Академгородка 2.0 — Центр по обращению с отходами. В черте SmartCity предполагается максимальное их разделение и реализация принципа невидимых контейнеров. Дорожную сеть мы планируем разветвленную, с раздельными пешеходными, велосипедно-самокатными и автомобильными трассами, особое внимание уделяем ливневой канализации, уборке и утилизации снега. Энергогенерацию и энергоснабжение планируем частично локальным, сразу ищем места для заправок электротранспорта и солнечных батарей. И кому, как не айтишникам, позаботиться о цифровой и информационной инфраструктуре? В SmartCity она должна быть идеальной: собственный центр обработки данных, полное покрытие и широкие каналы беспроводного интернета, видеонаблюдение в целях обеспечения безопасности.

Архитектурный каркас — самая концептуальная и поэтому, как нам видится, сложная и неоднозначная часть предложений в мастер-план SmartCity. Во главе угла стоит идея гибридной застройки, без зонирования на чисто производственные (в том числе научные), жилые, социальные и прочие участки: только всё вместе. Более того, мы поддерживаем идеологию многофункциональных зданий (комплексов), совмещающих, не в ущерб санитарным и эстетическим требованиям, различные назначения. Что касается собственно жилья, то оно видится разной высотности  (для частного малоэтажная застройка, для остального  разнообразная, в том числе высотная) и смешанной планировки, без привычного разделения на обособленные кварталы многоквартирников и коттеджей. Всё и вся должно встраиваться в единый, непрерывный зеленый каркас с приоритетом пешеходных передвижений.

Демографический, культурный и социальный каркасы. Здесь выкристаллизовалась существенная развилка, вынесенная в заголовок. Если население SmartCity прогнозируется в 23-25 тысяч человек, как предусмотрено мастер-планом, то он не сможет стать полноценным городом — так считает доктор философских наук Сергей Смирнов. Часть жителей будет работать рядом с домом, другая часть — ездить в другие локации и использовать SmartCity как уютную и современную спально-развлекательную зону. В таком случае она может считаться хорошим вариантом для работы и жизни лишь в рамках более широкого созвездия, то есть всей научно-образовательной агломерации Новосибирск—Академгородок—Кольцово—SmartCity.

В варианте «городка-анклава» здесь не нужно планировать своего университетского кампуса и учебных центров, собственного конгресс-холла и аэродрома малой авиации, нет необходимости садить здесь крупные НИИ с мощной  производственной и лабораторной базой. Это будет просто еще одно место, где хорошо думается и легко дышится. И работается — некоторому количеству занятых в ключевом научно-технологическом сегменте. В качестве близкого аналога приводился соседний наукоград Кольцово, зеленый, уютный и комфортный,  с около 20 тысяч населения: оно может не очень существенно увеличиться за счет части сотрудников ЦКП СКИФ, но порог развития уже понятен. Не трудно представить масштаб такого же SmartCity — «умной деревни», только не биотехнологической, а айтишной.

Вопрос «с чего начинается полноценный город» в демографическом (а не административном) разрезе остался для нас открытым. Очевидно, что главный фактор перехода — количество занятых на данной территории, а оно напрямую зависит от размещенных здесь рабочих мест. Поэтому социально-демографическое (и как следствие — градостроительное) планирование SmartCity должно происходить в контексте всей программы «Академгородок 2.0» с учетом специализации и особенностей всех входящих в нее проектов и инициатив. Если такая увязка покажет рост постоянного населения SmartCity до 50 и более тысяч человек, то это будет уже не спальная территория с маятниковыми потоками «работа\услуги — дом», а целостная  и самодостаточная территория для жизни, самореализации  и развития человека.

В любом варианте мы сошлись на мнении, что в дальнейшее продвижение проекта SmartCity необходимо заложить акцент не застройку, а на развитие территории, что предполагает использование технологических и градостроительных регламентов с учетом опережающих требований по технологиям, комфорту городской среды, организации производственных процессов, рабочих мест, социальной инфраструктуры, экологического состояния и дохода бюджета территории в целях обеспечения ее устойчивого развития.

Следующий проектный семинар мы планируем посвятить прежде всего административно-территориальному формату SmartCity, оптимальной системе управления. Управления чем? Ответ на вопрос лежит в более широком поле статуса Академгородка 2.0, но упомянутые выше возможности КРТ позволяют, в принципе, увязать интересы региона, муниципалитетов и отдельных территориальных образований без существенного перемонтажа и перезагрузки действующих механизмов. Административно-территориальный вопрос уже сегодня становится актуальным для ряда крупных девелоперских компаний, проявляющих интерес к проекту SmartCity. Строительному (и не только) бизнесу важно четкое понимание того, по какой схеме и под какие обязательства/обременения будут вкладываться ресурсы, а также перспектив дальнейшей деятельности на территории. Надеемся, что новая встреча приблизит нас к ответам на эти вопросы и, соответственно, к реализации всего нашего замысла.

Фото автора, из презентации Алексея Васильева и из открытых источников

— В этом плане новосибирский Академгородок вопиюще недоисследован. Его единство и разобщенность, комфорт и неудобства, прогресс или упадок — всего лишь совокупности субъективных оценок,  от восторженных до критических (как, например, резонансный пост Георгия Щедровицкого «Почему умер Академгородок» . Мы наблюдаем, предполагаем, оцениваем — и не более того. Единственное профессиональное исследование, масштабное и во всех отношениях корректное, было проведено в 2012 году объединенной командой социологов НГУ (Татьяна Богомолова) и ИЭОПП СО РАН (Елизавета Горяченко), но за восемь лет многое изменилось. Хотя бы в социально-демографическом плане: разросся технопарк и его компании-резиденты, как раз в этот период на несколько тысяч увеличилось количество обучающихся в НГУ. Приходит молодежь, новые люди со своими приоритетами, устремлениями и привычками. Сегодня они попадают в поле зрения социологов эпизодически, в ходе небольших и весьма простых студенческих опросов. Которые дают минимум информации, но тоже важной: например, какие визуальные символы прежде всего формируют у респондентов образ Академгородка — лес, белки, Дом Ученых, университет, институты или тот же технопарк?  Но этого, разумеется, мало.

Хочется понять, какие ценности являются главными для сегодняшних академгородковцев, как они транслируются новыми поколениями. Нужно включать для этого и исследовательский инструментарий, и коммуникативный: в виде широких форумов, конгрессов, общественных дискуссий. Кое-что из этого пытались делать в ходе Дней Академгородка в сентябре 2019 года, но весьма камерно и без широкой огласки.

— Если говорить о новом социологическом обследовании, то давай уточним его объект: как он будет ограничен географически и социально? Кто у нас изучаемые академгородковцы?

— Думаю, это взрослые (от 16 или 18 лет) жители всего правобережья Советского района без каких-либо других ограничений. Академгородок — это и ученые, и студенты, и стартаперы, и IT-бизнес, и не только IT, и сфера разнообразнейших услуг и много что еще. Разумеется, необходимо взвешивание выборки как по демографическим, так и по социальным, профессиональным параметрам. Идеального исследования всё равно не получится, но хотя бы еще одна большая волна опроса даст очень много для понимания академовской идентичности, социальной погоды, сообществ и их взаимоотношений, перспектив и так далее.  Прежде всего следовало бы выяснить, что для людей в Академгородке особо привлекательно. Ведь каждый город старается притянуть и укоренить в своих границах лучших из лучших, а здесь на качестве человеческого капитала, на уровне интеллекта вообще держится всё и вся. И наоборот, утечка мозгов для таких мест наиболее губительна. В Академгородке мотивации важны как нигде, и странно, знаете ли, что их изучением озабочены не первые лица науки и бизнеса, не городские власти, а общественники, которые пытаются на этом поле хоть что-то как-то сделать.

Даже в условиях кризиса столь востребованные исследования можно было бы проводить в лайт-вариантах на базе НГУ с привлечением молодежных междисциплинарных команд социологов, историков, психологов, экономистов, журналистов, айтишников и так далее под руководством компетентных руководителей. Работать на небольших выборках, в разных форматах, но постоянно и гибко. А в результате получить очень интересную мозаику, из которой сложится единая картина.

— Хорошо, представим, что тебе с вертолета сбросили деньги на очень серьезное социологическое обследование, да еще с правом самой сформулировать заказ. В какие знания, в какую информацию обратились бы эти деньги?

— Про один ключевой вопрос я уже сказала. Важнее важного понять: что, прежде всего, мотивирует людей (особенно талантливую, растущую молодежь) жить и развиваться — профессионально, матримониально, личностно — именно здесь. И наоборот — какие в Академгородке главные антимотиваторы, которые подталкивают к перемещению в другие места страны и планеты. Набор того, что люди в первую очередь ценят и наоборот, отторгают, вплоть до важнейших нюансов: например, хочется жить в городе-лесе, в городе-парке или просто в благоустроенном городе; видится больше плюсов либо минусов в реновации старой застройки и так далее. Для власти в самом широком понимании, для стейкхолдеров Академгородка эта информация, как говорится, бесценна. Без нее не построить жизнеспособной модели Академгородка 2.0.

Вторая тема, связанная с первой — это общественный запрос на ту или иную урбанистику, на оптимальную среду обитания. Для одних заросший кленовыми дебрями лес — это благодать, для других — горестный символ запустения. Но кого из них больше? Чего в первую очередь люди хотят в плане качества и расположения жилья, социальных и культурных заведений, транспорта и так далее? В этой обойме тоже есть «важные мелочи», без которых полноценный комфорт лично мне кажется недостижимым: условия для жизни людей с ограниченными возможностями, повсеместные информационные надписи на английском, как минимум, языке и так далее.

До отдельного блока исследования я бы расширила не просто «культурный досуг», а, в принципе, тему «третьих мест», посещаемых жителями Академгородка вне работы и дома. Они вроде бы есть, но почти на 100% отведены под пассивное восприятие культуры и поведение в целом. Купил билет в Дом Ученых (замечу, за немалые деньги) — слушаешь концерт или смотришь театральную постановку. Прежде чем строить новый молодежный центр или реставрировать ДК, нужно понять — подо что, под какое насыщение, какие люди чем там будут заниматься? Горький, но весомый аргумент: если бы руководству была очевидна потребность молодежи в танцевальной тусовке, то, возможно, не случилось бы подпольной «смертельной дискотеки» в ночь на 2 февраля этого года.

Общественное мнение — это именно выводы из таких опросов. Ничто другое не репрезентирует Академгородок. Есть социальные сети, голосования в них — но цена этой информации понятна. Есть у нас два общественных совета: мало того, что они малочисленны и частично пересекаются по составу, так это еще и почти поголовно люди одной формации, одного возраста и менталитета, одной манеры общения. Когда они обсуждают молодежную политику — это нонсенс. Широкие дискуссии если и получаются, то редко и по отдельным темам — например, проекту городского генплана. А главное — ничто, кроме профессиональных социологических исследований, не дает понимания массовых ценностей,  приоритетов и мотиваций.

— Представим, что опрос дал нам полноценную информацию.  Точнее не нам, а руководству: СО РАН, теруправления Минобрнауки, мэрии, НГУ, Академпарка и остальным. Какими видятся механизмы влияния репрезентативного общественного мнения на принятие управленческих решений?

—  Начнем с прямого влияния, без опросов и без начальства. Примеры дает, во-первых, история Академгородка: самоорганизация инициативных людей в клубе «Под Интегралом» или вокруг Интернедели времен ее последнего харизматичного организатора Олега Матузова и поддержавшего его Валентина Афанасьевича Коптюга. Прошло 30 лет, и буквально каждый день приносит мне контакт с молодыми людьми, которые говорят: «Черт, я так люблю Академгородок, так хочу здесь жить! И я сделаю всё возможное, чтобы он оставался таким, без которого никак нельзя!» Эти ребята способны сотворить очень много полезного при минимальной поддержке «сверху». Главное, как говорил Сергей Петрович Капица, не мешать хорошим людям работать.

Для той же культурной активности таким инициаторам элементарно не хватает места. Встречаться, общаться, спорить, устраивать выставки и концерты, да хотя бы просто петь под гитару и танцевать! Вот тут уже должны подключаться те, у кого в руках ресурсы: в нашем климате уличные концерты и дискотеки можно проводить не круглый год, но даже для них нужна поддержка в виде площадок, электроснабжения, обеспечения безопасности и так далее. Речь не только об органах исполнительной власти и ведомствах-держателях активов. Мы недорабатываем с городскими и областными депутатами от Академгородка. У них свои коммуникации — помощники, приемные, соцсети — в которые можно и нужно включаться. Для начала нам нужно построить единое информационное поле, в котором не будет «начальства» и «населения», хозяев и гостей. Такой диалоговой площадки Академгородку сильно не хватает.

— А теперь представим, что ты — не организатор, а респондент  того виртуального соцопроса, который мы вообразили. Какими будут ответы Анастасии Близнюк по трем главным темам?

— Давай я буду отвечать по пунктам, чтобы не комкать.

—  Хорошо. Что тебя держит в Академгородке и что выталкивает из него?

— На первую часть вопроса я могу отвечать очень-очень долго со множеством подробностей. Я фанат и маньяк Академгородка, магнитов и якорей для меня здесь бесчисленное множество. А выталкивает — разочарование, ощущение бессилия и непонимания, которое приносит общение с отдельными принимающими решения лицами. Особенно в ситуациях, когда надеешься на поддержку в научных сферах — и вдруг наталкиваешься на недостаток понимания.  А мой «запасной аэродром» (о нет, я не хочу туда лететь!) — это тоже очень любимый Санкт-Петербург, где я могла бы устроить общественный музей, посвященный питерцам, уехавшим в новосибирский Академгородок.

— Какое, по-твоему, насыщение требуется академовским культурным точкам: как вновь создаваемым, так и в старых стенах?

— Об этом скажу не столько я, сколько творческие молодые люди, ищущие условия для самореализации и общения. Им нужны площадки, комьюнити-центры. Запрос от молодежи очевиден: она хочет проводить свои выставки, круглые столы и конференции, ставить свои спектакли и концерты. Для этого в Академгородке практически ничего нет: разве что «Точка кипения» в технопарке  с плохим звуком и ограничениями по тематике. И всё. Остальное — это «очаги культуры» для пассивных посетителей и закрытый (для посторонних, а сегодня вообще для всех) НГУ. Молодым нужны пространства свободы, где можно взять, например, и покрасить стену в ядовито-зеленый цвет. Им нужен лофт — пусть будет лофт. Главное — не брать за это деньги, как с коммерческой клиентуры, а понимать социальную значимость такой активности.

— В свое время шли разговоры о подобного рода перезагрузке ДК «Юность»…

— Не сочти меня за мистика, но место должно быть энергетически заряженным. Или созданным с нуля энтузиастами, или с хорошей историей: как говорится, намоленным. «Юность» — это традиционной формации дом культуры. Стены помнят, и ничего с этим не поделать. Туда заходила инициативная молодежь, начинала что-то творить — и через некоторое время остывала, опускала руки. Лидеры этой команды ушли и очень ярко проявили себя в организации «третьих мест» в Новосибирской области, оживили сельские библиотеки и дома культуры. Да, сегодня наблюдаются интересные движения по преобразованию советских ДК в современные коммьюнити-центры, но с «Юностью» этого пока не получается. Молодежный проект не взлетает, место не взлетает, потому что гений места — не всегда добрый гений. И название не помогает: стены задают атмосферу, настрой. С такой эзотерикой бесполезно бороться — можно только считаться.

— Ну и третья тема воображаемого опроса. Что бы ты изменила в среде обитания, в урбанистике? А что бы непременно оставила таким, как есть? Только давай не трогать очевидности (вроде неисчерпаемой проблемы уборки мусора) и того, что уже включено в программу «Академгородок 2.0».

— Хорошо, договорились. Начну с того, что согласно одной из теорий идентичности она начинается с ландшафта, с его субъективного определения. С ответов на простые вопросы типа «Академгородок для меня — это…..». Формируется набор мест-символов, образов-символов, которые потом становятся предметом анализа: почему именно они, что в них такого особенного и так далее. То есть, например, сначала большинство отметит некоторый «лес», а затем начнется конкретизация: нетронутые уголки дикой природы, включенность в нее жилой застройки, рукотворное озеленение?

Лично мне эстетически, визуально близка стилистика (не только ландшафтная) 1960-х годов. С одной стороны это мниимализм, с другой — свобода, дерзость, поиск. Мне кажется, что это культурный код Академгородка, переходящий из поколения в поколение. Поэтому для традиционного Академгородка, скажем,  версии 1.0, важно сохранение этой стилистики советского модернизма: в архитектуре, в ландшафтном дизайне. Если идти от противного, то эту стилистику разрушают современные облицовочные материалы, которыми отделаны здания нового комплекса НГУ, клиники Мешалкина, Управления делами СО РАН…

— Положим, угловое здание по Терешковой 30/ Морскому проспекту 2 всё же сохранило свою историческую форму и облик…

— Согласна, здесь новая облицовка смотрится не вопиюще. Но в целом все эти блестящие, зеркальные, кафелеподобные  материалы уместны в урбанистике greenfield, которая планируется на территориях развития Академгородка 2.0. Реновация исторической застройки — очень деликатная тема, поскольку сложившийся облик Академгородка должен оставаться неизменным, здесь нужны настоящие волшебники от архитектуры. И от дизайна: сегодня режет глаз разнобой в оформлении указателей, вывесок, входов и так далее. Нам требуется очень тонко простроенный дизайн-код в том же модернистско-минималистском ключе, который бы не разрушал, а, напротив, гармонизировал единый стиль Академгородка.  Замечу попутно, что только такой городок сохранит свою туристическую привлекательность: сегодня её подтверждает высокий спрос на экскурсии.

Но это, опять же, мой субъективный взгляд. Как респондент я могу оказаться в явном меньшинстве — первично именно общественное мнение, а не набор личных оценок и предпочтений. Та же самая реновация неприемлема по-московски, «сверху», когда в твой двор без спроса вторгаются экскаваторы и всё разрушается под новые «человейники». Такой подход скомпрометировал само слово «реновация». При этом строения прошлого века объективно ветшают, и снаружи эту ветхость проще заретушировать, чем изнутри. А людям хочется чистых, светлых квартир со свежим воздухом, высокими потолками и удобной планировкой независимо от площади.

— Спасибо, что помнишь про ситуацию опроса, продолжаем отвечать.

— Тут происходит некоторое раздвоение. Я выступаю в роли единичного респондента, но при этом понимаю, насколько Академгородок нуждается в city-team, в «команде развития». И это не пустые мечтания: к примеру, молодежная инициативная группа готовит предложения по дизайн-коду для главного архитектора Новосибирска Александра Ложкина. В тему реноваций со знаком плюс готовы включаться молодые градостроители и архитекторы. Есть энергетика позитивных изменений, есть новые лидеры и творцы: могу называть поименно, и список будет долгим. Но это какая-то параллельная вселенная  — а в более близкой реальности происходит точечная застройка зданиями, никак не связанными с историческим обликом Академгородка, да и элементарно друг с другом. Комплекс на проспекте Коптюга только ленивый не ругал, однако там дома хотя бы одинаковые и без диких облицовок, а в Нижней Зоне царит полный произвол застройщиков. Результат — уютный район первостроителей превратился в чайнатаун.

Относительно Верхней зоны как-то успокаивает ее охранный статус объекта культурного наследия/ достопримечательного места. Но у нас в стране не только плохие, но и хорошие законы уравновешиваются их дурным исполнением. Я очень опасаюсь, что желающие ловко найдут в этом статусе уязвимости, как в антивирусной защите. Впрочем, и другая крайность не лучше — ничего не трогать, не менять, не исправлять. С виду консервация, а по сути путь к упадку. Те же клещи расплодились в Академгородке и вокруг него потому, что массированная обработка (каковая проводилась в советское время) сменилась точечной, которая не дает эффекта для всей территории.

 

— Что из Академгородка ты бы перенесла в Академгородок 2.0, то есть на новые территории развития?

— Только общие принципы максимальной экологичности, гармонии с природой, комфорта, шаговой доступности. Об этом уже не раз высказывались инициаторы комплексных проектов типа Smart City.   На новых площадках где-то сохранились привлекательные для рекреации природные комплексы, а где-то чистое поле. Там могут вырастать озелененные островки чисто городской застройки: всё равно вблизи будут находиться леса, рощи, речки и озера.

Меня, правда, больше волнует трансляция на новые места не уровня комфорта, а каких-то внутренних ценностей, принципов, социальных норм, которые свойственны и даже специфичны для Академгородка: свободомыслия, интеллигентности, демократизма, открытости и обмена знаниями, совместного  досуга, взаимопомощи и так далее. Очень важно, чтобы на всех территориях Академгородка, традиционного и нового, царил дух самоорганизации и творчества: без него никакие велодорожки и зеленые зоны не дадут эффекта притяжения, с которого начинался наш разговор. Этот дух нельзя спустить директивой сверху, записать в стратегию, концепцию или программу — только транслировать в живом общении, в совместном творчестве и полезных делах.

Беседовал Андрей Соболевский

Фото автора (портрет), Михаила Тумайкина и Александры Федосеевой («Наука в Сибири»)

P.S. Накануне выхода этой публикации стало известно, что проект «Молодежная интегральная площадка новосибирского Академгородка» (руководитель Анастасия Германовна Безносова-Близнюк) выиграл президентский грант на сумму 498 292 рубля с планируемым софинансированием 899 926 рублей.

«Мы станем продолжать и развивать начатое:  проводить экскурсии, лекции, межпоколенческие встречи, организовывать квартирники, концерты, спектакли, но теперь у нас появится больше места, будет оборудование и помещения, в том числе  для выставок и сменных экспозиций, но главное — что мероприятия на этой площадке смогут проводить все желающие, — прокомментировала успех Анастасия Близнюк. —  Что же касается собственно музея, то нам стало крайне тесно в небольшой квартире, давно ставится вопрос об экспозиции большего размера, открытой для всех желающих (в первую очередь для молодёжи) и принимающая посетителей не по разовым частным запросам, а постоянно в рабочие часы — как будут работать все музеи по окончании антиэпидемических ограничений. В целом мы намерены сформировать единое, открытое для любых культурных инициатив пространство, где вся наша локальная идентичность сможет проявляться, концентрироваться, изучаться и транслироваться». 

 

 

Глава департамента строительства и архитектуры мэрии города Алексей Валерьевич Кондратьев сразу обозначил границы предмета обсуждений: «Мы ориентировались только на компетенции и бюджетные возможности муниципалитета». К этому чиновник добавил, что обновляемый генплан не предполагает расширения собственно городских территорий, вне которых располагаются источник синхротронного излучения СКИФ, наукоград Кольцово и другие элементы научной, инженерной и жилищно-коммунальной инфраструктуры «Академгородка 2.0».

Правда, программа развития Новосибирского научного центра была названа одной из главных причин актуализации генплана образца 2007 года. Среди других — прогресс геолокации, вызвавший необходимость уточнения размеров и расположения ряда территорий,  а также общий процесс цифровизации, требующий перевода документов в современные форматы.  Один из экспертов, заведующий кафедрой Новосибирского госуниверситета дизайна, архитектуры и искусств кандидат архитектуры Григорий Порфирьевич Ерохин, назвал аргумент социального характера — преодоление сложившегося дисбаланса дорожно-транспортной, жилищно-коммунальной и природной систем мегаполиса. «Нужно повысить процент жителей, способных за 5 минут дойти от дома до ближайшего магазина, за 10 — до школы, детского сада и так далее», — сказал архитектор.

Обновление генерального плана стало делом рук не только мэрии и ее субподрядчиков, но и общественности. Главный архитектор  муниципального учреждения «Институт градостроительного планирования» Алексей Владимирович Нестёркин рассказал о поступлении свыше 1 200 предложений от 537 граждан и организаций (по городу в целом). В частности, общественники Академгородка по своей инициативе провели анализ 78 озелененных участков, часть которых в новом генплане получит статус рекреаций.

Учтены многие другие пожелания горожан. Например, решено не отдавать под жилую застройку территорию бывшего пионерлагеря «Юный медик» между дорогой на Кольцово и Нижней Ельцовкой, а одноименную платформу электрички — не сдвигать к северу, оставить на прежнем месте. Отказались от ранее планировавшегося соединения улицы Арбузова и Бульвара Молодежи. Зато «пожелания трудящихся» инициировали другие изменения транспортной схемы: перемещение железнодорожной остановки «Обское море» в сторону Морского проспекта (напротив пешеходных переходов через магистрали) и создание транспортно-пересадочного узла «Университет» недалеко от путепровода.

Обновляемый генплан предусматривает новый магистральный проезд параллельно проспекту Лаврентьева и улице Инженерной, который свяжет выезды в сторону Кольцово (с его спрямлением), Каинской заимки и Ключей. Другое дорожное решение — расширение и продление до Восточного обхода улицы Одоевского (Матвеевка), что создаст возможность движения большегрузного транспорта без проезда через Академгородок. Двухуровневая развязка соединит эту магистраль с Бердским шоссе, три других запланированы на его пересечении с проспектами Строителей, Университетский и Морской. Между проспектами Лаврентьева, Строителей и улицей Российской путем некоторой дорожной реконструкции будет организовано регулируемое круговое движение (в центре которого окажутся отделение полиции, АЗС и пожарная часть).

Экологическую общественность успокаивали и Алексей Кондратьев, и Алексей Нестёркин — площадь городских лесов останется неизменной, а озелененные территории в целом увеличатся. Полная неприкосновенность обещана для Шлюзовского бора, которому общественники предлагают присвоить статус особо охраняемого природного объекта. Правда, на самом краю этого массива есть проблемный участок — полузасыпанное щебнем болото, по поводу которого организаторам слушаний поступило две противоречивых петиции (одна за строительство там спорткомплекса, другая — за рекультивацию).

Изменения в генплане не затрагивают сложившихся градостроительных принципов Академгородка. В Верхней зоне продолжит действовать статус достопримечательного места со всеми вытекающими ограничениями, в Нижней предусмотрены ограничения по высотности зданий до 10—13 этажей. К 2030 году там не останется ни одного деревянного дома более чем полувекового возраста — к радости жильцов, заждавшихся расселения.

 

При этом два вопроса остались «подвешенными» — о планах застройки левого берега речки Ельцовки (участок федеральной земли уже перешел в пользование компании «Дом.рф», с которой мэрия пытается о чем-то договориться) и о судьбе площадки в 8 га на улице Российской (либо полностью отдаваемой под сквер, либо наполовину с возведением некоторого «общественно-делового центра»).

Единственный серьезный конфликт между мэрией и гражданами произошел на почве уже состоявшегося и внесенного в проект генплана перезонирования дачных территорий  в обской пойме между Шлюзом и Нижней Ельцовкой (общества «Маяк», «Тополь» и другие) — из земель сельскохозяйственного назначения они переведены в рекреации. Первый статус позволял строить капитальные жилые дома, оформлять права собственности и регистрировать проживание, что и сделало немало садоводов. В рекреационной же зоне постоянная жилая застройка не разрешена.  Представители мэрии обосновывали непопулярное решение единственным документом Верхне-обского бассейнового управления Федерального агентства водных ресурсов, относящим дачные территории к подтопляемым весенне-летним паводком. Чиновники назвали это заботой о безопасности, дачники — нарушением их гражданских прав и ряда федеральных законов. Обе стороны заняли жесткую позицию, и проблема, скорее всего, перейдет на рассмотрение в прокуратуру или сразу в суд.

При обсуждении не обошлось и без мелких казусов. Так, новой рекреационной зоной на левобережье Советского района стал пустырь под ЛЭП, заставленный гаражами и заросший сорным кленом. Но в целом жители двух районов Новосибирска отнеслись к обновлению генплана благосклонно, невзирая на многочасовую и не всегда спокойную процедуру. Хотя образ будущего предстал перед ними весьма урезанным, без территорий и проектов за пределами городских границ и бюджетов. О комплексных градостроительных планах ООО «Концепт-проект» и инициативных групп Алексей Нестёркин высказался так: «Это научно-исследовательская работа и те мероприятия, которые там предусмотрены, не имеют юридического статуса. Они не вошли пока ни в одну программу: ни федеральную, ни региональную, ни местную. Соответственно, часть объектов и зонирования территории мы учитывали. Ту, которую мы учесть можем».

Фото Михаила Тумайкина