По инициативе академиков М.А. Лаврентьева, С.А. Христиановича, С.Л. Соболева   Сибирское отделение Академии наук СССР (СО АН СССР) было создано постановлением Совета Министров СССР от 18 мая 1957 года. Именно  лаврентьевской плеяде  посвящена большая часть новой выставки в поезде-музее.  Рассказы об академиках Л.В. Канторовиче,  Г.К. Борескове, Н.Н. Ворожцове, Б.В. Войцеховском, Д.К. Беляеве, А.В. Николаеве, юбилеи которых тоже отмечались в этом году,  будут интересны как новосибирцам, так и гостям нашего города. 

Материалы экспозиции дают представление и о современных достижениях СО РАН и сибирских ученых, об их взгляде в будущее. Планшеты  «Нацпроект РАН», «Центр СКИФ» рассказывают о  современных проектах СО РАН класса Mega Science. На выставке приводятся слова председателя Сибирского отделения РАН академика В.Н. Пармона: «…Мы видим назревшую необходимость кардинальных изменений всего научно-образовательно-инновационного ландшафта России: приоритетов, структуры, моделей управления, ресурсного и кадрового обеспечения. Соответствующие предложения мы будем продвигать вплоть до принятия решений на самом высоком уровне. В этом начинании нас воодушевляет лаврентьевская решимость и стойкость академика В.А. Коптюга».  

Вагон-музей начал свою работу 5 декабря в 17.00 и будет появляться на разных линиях метро в течение нескольких месяцев.

По материалам Выставочного центра СО РАН

Столицы всего сущего

Я исследую столицы много лет, написал на эту тему пару книжек, объездил множество городов в России и за рубежом. И поделюсь выводом — столицей может стать любое место.  Была бы дебютная идея и ее сторонники, а ресурс для воплощения важен, но вторичен. В каждом городе я пытаюсь спросить: «Вы можете называться столицей?» И всегда ответ положительный — «столица огурцов», «столица горнолыжников», «столица Валдая», «столица вторая, третья, западная, северная, европейская, арктическая, уральская, сибирская». И так до бесконечности. Мы видим совершенно разное употребление слова «столица»: столица какой-то территории или какое-то иерархическое место, либо же столица — лидер определенной  отрасли/деятельности, наконец, столица какого-либо образа (об этом чуть ниже).  

Но давайте заметим, что почему-то именно для российского менталитета, для российской локальной идентичности понятие «столицы чего-то-там» оказалось очень впору. Вокруг него многие пытаются, по крайней мере, выстраивать региональную карту. И у некоторых очень хорошо удается. Причем, поверьте, это не связано ни с вливаниями федерального бюджета, ни с величиной города, ни даже с его действительным лидерством в чём-либо. 

Вспоминания бывшего регионального зам. министра:

«В 1990-х я присутствовал на совещании у губернатора Вологодской области. Обсуждались понятные для того времени проблемы: нет денег на зарплату, не хватает топлива, учителя и врачи разбегаются… И тут встает мэр Великого Устюга и говорит — а давайте сделаем у нас столицу Деда Мороза! На него посмотрели как на сумасшедшего. А он на самом деле стихийно осознал силу регионального маркетинга. Подсмотрел идею местного предпринимателя, построившего коттедж Деда Мороза и принимавшего там гостей в Новый Год — и распространил ее на весь город. И выстрелило! Теперь каждый ребенок знает, откуда к нему приедет дедушка с подарками».

Есть другие очень симпатичные столицы в России, которые родились просто из движения людей на месте. Еще один хороший пример — это Мышкин, мышиная столица России. Название городка на Волге (Ярославская область) решили обыграть в интересах локального маркетинга. То ли вытащили из небытия, то ли сами выдумали легенду о мыши, разбудившей великого князя и тем самым спасшей от укуса подползшей змеи — и пошло-поехало. Музей мыши, сувениры, заведения, экскурсии туристов со всей России и из-за рубежа.

Но всё же следует развести  просто региональный бренд и региональный столичный бренд. Просто бренд выстраивается на идее, что это место в чём-то лучше или хотя бы примечательнее других. Когда мы говорим «столичный бренд» — это что-то похожее. Но тут добавляется очень важный оттенок — «главный по…» или «главный в…» Давайте подчеркнем это слово. В идее столичности заложено не только «лучшее», но и «главное».  Не обязательно административно, но обязательно в чем-то главное. На многих европейских языках слово «столица» происходит от латинского caput, «голова». Голова, глава, главный — здесь.

Итак, при добавлении в региональное брендирование идеи столичности  появляется тема главенства, первенства. Для того чтобы быть лучше, не нужно формализованное ранжирование.  Достаточно постулировать, например, что тульский пряник — он лучше всех, самый вкусный. Но Тула как столица пряников — уже совсем другая история. Это значит, что в некоторой пряничной стране (отрасли, иерархии) она занимает главное положение.

Идея выстраивания регионального/локального маркетинга через провозглашение столичности в чем-либо — работает почти без сбоев. А успех регионального маркетинга — это инвестиции, это развитие туризма и всей индустрии гостеприимства, это рейтинги и много что еще. Разбуди меня ночью и спроси: где студенческая столица России? — автоматом назову Томск. А почему Томск? Всплывет где-то прочитанный максимум студентов на N душ населения, хотя на самом деле это не так. Ну и что? Именно Томск взял и носит столичную корону. И во многом благодаря этому здесь, а не где-либо еще, реализуется сегодня амбициозный проект Большого университета как консорциума и кампуса одновременно.

То есть в парадигме регионального маркетинга можно абстрагироваться от того, как в действительности существует и развивается Академгородок, что этому развитию содействует и что его тормозит. Важно поместить Академгородок в некоторую обертку столичности, которая, может быть, поможет этому развитию. Здесь разговор не про сущность, а про фантик. Но такой фантик в современном мире, оказывается, важен, мы это видим. И в этом аспекте тот факт, что в Академгородке в последнее время стал прогрессировать именно научный туризм — весьма обнадеживает.

Столицы формальные и ментальные

Если раскроем словарь на слове «столица», то прочтем про «место расположения органов государственной власти». Перекликается с этимологией этого слова в русском языке, происходящего от «стол» как «правление», «княжение» (получил от отца рязанский стол — это не про мебель), из этого же корня слово «престол».  Но такое определение узко, оно относится только к столицам стран и иных управляемых территорий.  Тогда научной столицей пришлось бы просто называть город, где находится Миниобрнауки РФ. А Санкт-Петербург — юридической, поскольку туда переехал Конституционный суд. Но люди подразумевают под столицей нечто другое. Что же тогда столица?

В наших исследованиях мы выяснили, что для россиян столица — не про органы, структуры, институции и так далее. Здесь важно, что люди воспринимают это место в качестве точки власти, ее пространственного воплощения. Мы даже иногда сокращаем в обиходной речи — говорим «Кремль решил», «позиция Кремля». В этом случае нас совершенно не интересует — прошло событие в Кремле или за его стенами.  По правде говоря, в Кремле почти никакие решения не принимаются. Но вы не услышите и не прочитаете про «намерения Ново-Огарева», или «Старая площадь взяла паузу». Нет, мы говорим «Кремль», потому что нам важнее символ власти, а не ее локация. Это очень четко прорисовано в повести «Москва-Петушки» Венедикта Ерофеева, лирический герой которого движется по замысловатым, иногда не очень осознаваемым, траекториям — и всегда оказывается у стен Кремля. Куда не стремись, упрешься во власть, и Кремль — ее символ, а не вместилище.

Совсем другой образ пространства власти, кстати, сформировался в западных столицах. Даунинг-стрит, 10 (кабинет министров Великобритании) или Елисейский дворец (резиденция президента Франции) не доминируют в ландшафте.  Даунинг-стрит в Лондоне — маленькая неприметная улочка. Елисейский дворец тоже сложно обнаружить случайно. Невозможно просто гулять по Парижу, по центральным улицам, и найти президентское здание. И Белый Дом в Вашингтоне — едва ли не самый безликий во всём городе. Но власть в Европе и Америке  воплощена прежде всего в парламентах: Бурбонский дворец, Вестминстерский замок, Капитолий. Вот эти здания непременно  будут на холмах, либо в готическом или в античном стиле, они непостижимым образом станут возникать на пути гуляющих людей. В камне и на карте воплощена другая политическая культура, которая подчеркивает разделение властей и их соотношение. Как бы на полях замечу, что российские медиа в отношении архитектурных символов власти Запада демонстрируют «кремлевский» подход: читаем и слышим про «политику Белого дома» или «демарш Елисейского дворца».

То есть столица субъективная, столица в человеческом понимании — это не столько локация власти, сколько ее некоторый символ в ландшафте. Поэтому идея переместить Минобрнауки РФ или Президиум РАН в новосибирский Академгородок не представляется продуктивной. Как, кстати, и периодически муссируемая тема переноса столицы всей России из Москвы в другой город или специально для этой цели построенный «административный гринфилд». Опыт Индии, Мьянмы, Малайзии и других стран четко показывает, что государственную бюрократию можно разместить где угодно, но население и тем более иностранцы будут упорно считать столицами другие города.

Столица как национальный нарратив

Обозначу другое слагаемое столичности, которое намного более важно для Академгородка — столица всегда является собирательным образом государства, нации, сообщества. Столица нацелена и распространяется на всю зону своего влияния, а не только на самое себя. Столичный университет — это университет не городской и не региональный, это университет всей страны.  Большой (и не только) театр — не московский, а российский. Даже новогодняя елка в Москве — «главная елка страны».

 Отдельной строчкой про памятники. В столицах они, как правило, воздвигаются не столько выдающимся горожанам, сколько культовым фигурам национального масштаба. Поэтому в Москве вполне естественно выглядят статуи Владимира Красное Солнышко, Александра Невского, Богдана Хмельницкого и так далее. В новосибирском же Академгородке увековечены только работавшие здесь ученые — академики М.А. Лаврентьев, В.А. Коптюг и Д.К. Беляев. Но если здесь мыслится научная столица — то не Новосибирской области, не Сибири, а всей страны. Такая амбиция требует памятников величайшим ученым России и СССР — например, М.В. Ломоносову, Д.И. Менделееву, В.И. Вернадскому и далее, список подсказывают портреты в большом зале президиума СО РАН.

То же самое скажу о событийном поле — форумах, конференциях, выставках и так далее. Их звучание, если есть столичные претензии, должно быть не региональным, а общенациональным. Потому что столица выступает в некотором роде нарративом, рассказом общества, нации о самом себе. Если нарратив схлопывается, если его фокус сужается — извините, это не столица. Когда я приезжаю в Иркутск на конференцию в нежно любимый мной Институт географии им. В.Б. Сочавы СО РАН (таких в России всего два), все доклады будут про Сибирь (про Восточную Сибирь, про всю Сибирь, про Дальний Восток, максимум  про Азиатско-Тихоокеанский  регион). То есть Институт географии Сибирского отделения РАН почему-то сразу выставил для себя сугубо регионоведческую  рамку. Вот московский Институт географии РАН не будет себя ни в коей мере сужать тематически.  Там даже не придет в голову ограничивать повестку Европейской Россией потому, что за Уралом есть другой институт. А в регионах такое самоограничение существует как данность: раз мы там живем в Воронеже — так и будем изучать Черноземье.  Причем никаких требований свыше на этот счет нет, люди локализуют охват по своей инициативе. И это не позволяет, естественно, поднять нарратив на уровень столичности.

Тому, что столица является национальным нарративом, есть и доказательство от обратного. Когда мы посещаем главный город некоторой страны, у нас возникает ощущение знакомства со всей этой страной. Представьте, два человека поехали во Францию. Один был в  Париже, другой — в Марселе. Потом мы у них спросим: «Хорошо ли ты почувствовал Францию?» Тот, который побывал в Париже, вероятнее скажет «да», чем тот, который съездил в Марсель. В Марселе он узнает про Марсель, но не про Францию. А в Париже он узнает и про Париж, и про Францию. И это, повторимся, не имеет никакого отношения к расположению органов государственной власти. Например, в Нидерландах они все сосредоточены в Гааге. А столицей воспринимается Амстердам. Потому что весь исторический, культурный, символический нарратив о Голландии — именно там.

И если мы позиционируем Академгородок как  научную столицу России, то его нарратив однозначно должен быть обо всей российской науке, Академгородку следует научиться ее репрезентировать.  По аналогии с Парижем или Амстердамом: если человек приедет в будущий Академгородок,  он вернется с ощущением знакомства со всей наукой. Российской  как минимум.

Столица как вершина иерархии

Столица принципиально отличается  от просто лучшего-в-чем-то-города тем, что стоит на определенной иерархической позиции в отношении других городов и территорий.  Столица есть только тогда, когда есть нестолица, периферия, регионы, назовем как угодно. Главное — существование мест, которые как бы «под столицей». Речь идет не только об административном управлении, а, шире, о влиянии на определенные территории и субъекты. Мы со студентами разбираем страны мира и их столицы. Доходим, например, до Ватикана. И они мне все кричат: «Ватикан – столица Ватикана». Или «Сингапур — столица Сингапура». А я отвечаю «Где же тогда не столица Сингапура?» Можно, конечно, сказать, что римский квартал Ватикан — столица государства Ватикан. Но это абсолютно бессмысленная фраза. Потому что столица существует только тогда, когда есть не столица, когда есть нечто другое в иерархической связи с ней. В случае Академгородка как бренда «научная столица России» речь, конечно же, не об административном подчинении ему других академгородков и подобных поселений.  «Подчинение» понимаем как следование, трансляцию принципиальной схемы и определенных практик.  Сегодня есть люди, гордящиеся тем, что концепт новосибирского Академгородка перенимали за рубежом — например, в японской Цукубе.  Но это не делает его актуальной научной столицей Российской Федерации, поскольку «почкование» академгородков завершилось в 1980-х, и сегодня ничего подобного не наблюдается даже в частностях. Ну, скажем, в новосибирском Академгородке есть Клуб межнаучных контактов, но еще-то где?

Столица является таковой, когда «нестолица» ее воспринимает в качестве столицы, и воспроизводит ее архетип. В столице создается некоторый собирательный образ, который подхватывает, копирует и развивает условная периферия. Опять же пример из нашей науки. В столице декларируют поворот на Восток, и в вышеупомянутом географическом институте СО РАН начинают это явление исследовать в форсированном режиме. Или в градостроительном разрезе: «Ура, у нас будет ледовая арена, как в Москве. Нет, даже лучше!» Но смотрим всё равно на Москву, а не на Кострому или Хабаровск. Почему некогда Париж, а теперь, скорее, Милан считается мировой столицей моды? Потому что именно этой моде, этим трендам  следуют остальные.

То есть «нестолица» воспроизводит столичные паттерны, она копирует и достраивает нарративы и образы, которые создаются в столице. И тем самым создает, на самом деле, определенное иерархическое подчинение.  Следовать — значит, признавать первенство, главенство, в нашем контексте — столичность.  Это то, о чём в мировом масштабе много пишут последователи постколониальной теории: кончился политический и отчасти экономический колониализм, а культурный остался. Не секрет, к примеру, что по сей день молодежь бывших колоний стремится получить образование в университетах прежних метрополий.

Напомню предыдущий тезис: столичность является таковой не на бумаге, а в массовом сознании. И за это признание идет конкуренция. Политической столицей России де-юре и де-факто является Москва, это общепризнано. Но название «культурная столица» приросло к Санкт-Петербургу точно так же как студенческая — к Томску. Стремление к столичности — это всегда конкуренция дискурсов, конкуренция за, скажем упрощенно, народное признание.  И конкуренцию за образ научной столицы невозможно выиграть ни кабинетными интригами, ни соцопросами, как было с «третьей столицей России». Титул получила Казань, но кто об этом помнит сегодня за пределами Татарстана? К тому же признание не является незыблемым абсолютом — это процесс диалога, сравнения, спора с другими центрами, а не декларация или рескрипт о том, что новосибирский Академгородок — научная столица России.  И не опрос общественного мнения, не анкетирование ученых или студентов. Если образно, это привычные слова диктора: «В Омске ясно, плюс десять, в Тюмени туман, плюс пять-семь, в научной столице России осадки в виде дождя и мокрого снега, ноль-минус два».

Подготовил Андрей Соболевский

По материалам выступления И. Окунева на мероприятии по научной дипломатии, проходившем в Академгородке 11-14 октября 2022 г. при поддержке Фонда Горчакова

Фото Маргариты Виллевальд, Михаила Тумайкина, Regnum и из открытых источников

На фоновом снимке под заголовком — город Бразилиа, официальная столица Бразилии.

— Ваш институт входит в группу подразделений, которые обиходно продолжают называть «новыми факультетами». Насколько медицинское образование (о журналистике, праве и прочем не говорим) соответствует миссии НГУ?

— Медицина — изначально университетская дисциплина. В университетах средневековой Европы она присутствовала в первоочередном порядке вместе с теологией и юриспруденцией, остальные науки варьировались. Практически с таким же тривиумом в 1755 году открывался Московский университет: философия, право, медицина. Её же изучали в первом в Сибири Томском императорском университете, причем медицинский факультет в момент его основания в 1888 году был первым и целые десять лет единственным. Специализированные медицинские институты в нашей стране появились только в 1930 году. Начиналась индустриализация, здравоохранение ставилось на конвейер, «кадры решают всё» и так далее.  Требовались специалисты, тем более что врачебный корпус сильно поредел в ходе гражданской войны и последующих событий. Поэтому медицинские факультеты вывели из состава университетов в отдельные вузы и переподчинили их Наркомздраву, а там, где не было университетов (в Новосибирске, например) — создали с нуля.

В конце прошлого века начитается обратное движение: медицина, не в ущерб специализированным «кузницам кадров», начинает возвращаться в классические университеты. В 1992 году воссоздан медицинский факультет МГУ имени М.В. Ломоносова (так сказать, возвращение на историческую родину), в 1996 году такой факультет открывается в Санкт-Петербургском университете.  Причиной этого ренессанса стало стремительное развитие медицины за счет взаимодействия с другими областями знания. Стало практически  невозможным вырастить современного медика (тем более, медика-исследователя) без курсов и практик по физике, химии, молекулярной биологии, генетике и так далее. Эти курсы были и в медицинских институтах, но в недостаточном объеме, и не везде были квалифицированные преподаватели. Логичным было восстановление медицинского образования в их «естественной среде обитания» — классических университетах, где есть квалифицированные преподаватели по указанным наукам.

В настоящий момент медицинские факультеты работают более чем в 40 российских университетах, и около 20 % дипломированных специалистов-медиков составляют их выпускники. При этом только в шести городах России такие факультеты сосуществуют с медицинскими университетами Минздрава. Это Москва, Санкт-Петербург, Казань, Екатеринбург, Владивосток (Дальневосточный федеральный университет на острове Русском). И Новосибирск.

— С остальными городами ситуация понятна. Или «научно-образовательный гринфилд», как во Владивостоке, или восстановление медицинского образования в сильнейших классических университетах с давними традициями и школами. Но почему Новосибирск? Ведь НГУ — сравнительно молодой, он изначально создавался как образовательный симбиот Сибирского отделения Академии наук. Почему, при наличии в городе медуниверситета, здесь начали развивать медицинское направление?

— Потому что медицина — такая же наука, как математика, физика, биология и так далее. И первая попытка организовать в НГУ медицинское образование была предпринята еще в начале 1960-х годов. В новосибирский Академгородок был приглашен известный кардиолог Евгений Николаевич Мешалкин, и по его инициативе на факультет естественных наук (ФЕН) НГУ отобрали самых успешных студентов-медиков Новосибирска и Томска. Открывается не врачебная, а, скорее, медико-биологическая специализация, но существует недолго. Вскоре случается многократно описанный в мемуаристике конфликт, и Е.Н. Мешалкин со своей командой переходит из академического сектора в Минздрав.

Тридцать лет спустя, в 1996 году открывается медико-биологическое отделение ФЕН. Теперь процесс идет по восходящей и без сбоев. В 2002 году наш университет получает государственную лицензию на ведение образовательной деятельности по специальности «лечебное дело». 2003/2004 учебный год становится первым для уже чисто медицинского отделения ФЕН, которое в том же 2003-м выделяется в отдельный факультет. Так что «новый факультет» — понятие относительное, мы готовимся отметить двадцатилетие. Еще одна важная юридическая процедура прошла в 2009-м: аккредитация университета по специальности «лечебное дело», после чего состоялся первый выпуск специалистов с официальным правом на врачебную деятельность. Наконец, в 2016 году в НГУ произошел ряд внутренних слияний — из двух факультетов, психологии и медицинского, образовался Институт медицины и психологии.

Сегодня он состоялся как конкурентоспособный центр подготовки специалистов-медиков на современной, серьезной научной основе.  В первые три года обучения студенты (у нас их на потоке свыше 60 человек), помимо предусмотренных стандартом клинических дисциплин, изучают химию, физику, генетику, молекулярную биологию, проходят расширенный курс английского языка. То есть базовое образование приближено к тому, которое получают студенты-биологи, занятия проходят здесь, в университете.  И этим 60-ти студентам преподают шесть членов РАН, 39 докторов и 54 кандидата наук! Следующие три года наши студенты в основном практикуются в клинических учреждениях. Новосибирск ими исторически очень насыщен. Это и федеральные центры Минздрава (такие, как НМИЦ им. Е.Н. Мешалкина), и условно «академические» (в подведомстве Минобрнауки, например ФИЦ фундаментальной и трансляционной медицины), а также госбюджетные и частные клиники. В общей сложности у нас более 40 клинических баз, и студенты могут знакомиться с организацией и практикой медицинской помощи в различных масштабах и форматах, при разной специфике.

О качестве подготовки специалистов в ИМПЗ НГУ можно судить по рейтингам. Мы стабильно занимаем в России 2-4 места среди всех университетов, готовящих врачей: и Минобра, и Минздрава, и частных. Новосибирский университет в 2020 году впервые вошел в международный рейтинг QS по медицине и стабильно занимает там 6-7 места среди, опять же, всех вузов Российской Федерации; в рейтинге Times соответственно 3-5 места. Многое зависит от критериев рейтингования и их значимости, но вхождение в группу лидеров очевидно так или иначе.

— Вы коснулись международных рейтингов. А насколько активны зарубежные связи института? Не обрушили ли их последние события?

— Медицинская наука, как и любая другая, по определению интернациональна. Наш институт создавался и рос как открытый миру, мы сразу стали строить коллаборации с зарубежными университетами и исследовательскими центрами. В их числе — знаменитая берлинская клиника (а на самом деле еще и научный институт) «Шарите»,  университеты Пизы (Италия), Бен-Гурион (Израиль)и Калифорнии, калифорнийская же Keck school of medicine. Не скрою, что пандемия ковида и обострение международной обстановки повлияли на интенсивность контактов с иностранными коллегами, но вовсе не свели их к нулю. Работает зеркальная кафедра анестезиологии и реаниматологии, которую с нашей стороны возглавляет доктор медицинских наук Сергей Викторович Астраков, с американской — иностранный член РАН профессор Владимир Лазаревич Зельман. В Медицинском научно-образовательном центре НГУ (МНОЦ НГУ), относящимся к нашему институту, с 2019 года совместно с зарубежными партнерами ведутся клинические испытания по пяти протоколам. Мы продолжаем готовить специалистов из многих стран мира: сейчас, кстати, к нам едет аспирант из Канады. А в нынешнем году состоялся первый выпуск десяти иностранных дипломников по англоязычной программе. В целом с 2017/18 учебного года количество зарубежных студентов ИМПЗ НГУ удвоилось.

— Можете ли вы кратко сформулировать принципиальную разницу между медицинским образованием в минздравовском университете (ранее мединституте) и в классическом, в частности, в НГУ?

— Первое принципиальное различие я уже назвал. Это изучение на младших курсах ряда фундаментальных научных дисциплин, причем в увеличенном объеме. Второе — это сильная ориентация на исследовательскую деятельность, что выражается, к примеру, в обязательной защите выпускной квалификационной работы. После чего перед дипломантом открываются три основных траектории. Первая — работать врачом поликлиники, для чего к диплому должна добавиться государственная аккредитация (обычно ее получают без особых проблем). Вторая — ординатура, то есть дополнительная подготовка по узкой специализации. Ординаторы — руки и ноги здравоохранения, герои сериалов, готовые работать по 12-14 часов в сутки. В то же время они ведут исследования по определенному направлению, опираясь не только на свой практический опыт, но и множество научных источников. Выпускник ординатуры получает возможность работать врачом узкой специальности в соответствующем учреждении. И, наконец, аспирантура — самая наукоориентированная стезя, курс на медико-биологические исследования.  И ординатура, и аспирантура у ИМПЗ собственные.

— Мы говорим о медиках, но в Институте два направления, и психологи пока что как бы в тени нашего разговора…

— Просто мы начали с медицины как изначального атрибута университетского образования. Подготовка психологов в НГУ нисколько не слабее подготовки медиков. Оба процесса отчасти взаимосвязаны — например, через единственную в России кафедру нейронаук во главе с академиком Любомиром Ивановичем Афтанасом. Там апробируются оригинальные новое методики — например, zebra-fish с использованием аквариумных рыбок в качестве модельных организмов.

Вместе с тем у психологов свои авторитетные преподаватели и методики (даже с примением детекторов лжи и электроэнцефалографов), свои специализации и траектории выпускников. Некоторые поступают в профильную магистратуру и аспирантуру (тоже нашу собственную), другие сразу ищут работу. И достаточно часто находят ее в крупных корпорациях и компаниях, где требуются HR-менеджеры с психологическими компетенциями. Еще одно достаточно распространенное  применение  психологов — работа с аутистами и их родителями. Ну и частная практика, индивидуальная помощь пациентам: в последнее время, увы, ее востребованность возросла.

Попутно этот факультет оказывает, при необходимости, психологическую помощь всем студентам и сотрудникам НГУ.

— Институт носит имя известного ученого-медика Владимира Зельмана, работающего в Калифорнии. Независимо от местопребывания, это необычно для российской практики: называть что-либо в честь живущего человека…

— Владимир Лазаревич — человек удивительной судьбы. Сын извозчика из украинского городка Сквира с детства хотел стать врачом, закончил школу с золотой медалью. В Киевский мединститут его не приняли по пресловутой «пятой графе». Тогда Володя Зельман поехал в Новосибирск, где служил в армии его брат — и поступил, причем как медалист без экзаменов.  С этого момента он считает себя обязанным нашему городу и всей Сибири за сбывшуюся мечту. Получив диплом, В. Зельман работал анестезиологом в клинике Мешалкина, затем в санитарной авиации на  Севере, участвовал в организации Тюменского медицинского института. Об организации работы в условиях Крайнего Севера он доложил на первой в Советском Союзе конференции анестезиологов в июне 1965 года в Москве, после чего медику предложили остаться в столице. И не где-нибудь, а в 4-м главном управлении Минздрава СССР, проще говоря, «кремлевке».

И здесь случился еще один поворот биографии Владимира Лазаревича. Однажды его срочно вызвали к иностранному пациенту, которому стало плохо. Им был американский миллиардер Арманд Хаммер (тоже, кстати, врач по специальности) — легендарная личность, большой друг СССР, имевший документ от Ленина с допуском к Владимиру Ильичу в любое время суток. Теперь, уже в преклонных годах,он приехал к другому Ильичу — Леониду Ильичу Брежневу. Зельман «откачал» Хаммера и тут же получил приглашение стать его личным доктором. Будучи в большом авторитете у советского руководства, Хаммер быстро уладил все формальности… И из Сибири через Москву Владимир Зельман попал в Калифорнию. Там он и практиковал, и преподавал в различных университетах — буквально до последнего времени, когда в 85 лет тяжело переболел ковидом и потерял глаз в результате неудачной операции. Сегодня его можно уверенно назвать научным светилом мирового уровня.

Все эти годы Владимир Лазаревич Зельман не просто сохранял контакты с советскими и российскими коллегами, но оказывал профессиональную, лоббистскую и финансовую помощь. В. Зельман — иностранный член РАН, почетный профессор Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге и Новосибирского государственного медуниверситета. Входит в состав академических советов НГУ, университета Сколково, Балтийского федерального университета им. И. Канта в Калининграде и еще нескольких. Регулярно, не реже раза в год, приезжал в Новосибирск, привозил с лекциями и консультациями ведущих медиков США. Лоббировал, в лучшем смысле слова, нашу медицинскую науку — например, добился включения России в программу «Энигма» по изучению работы головного мозга, возглавляемую профессором Полом Томсоном.

Владимир Зельман высоко ценит новосибирский Академгородок, называя его «уникальным научным конгломератом» с «особой атмосферой творчества».  Поэтому помогал и помогает не только нашим медикам, но и всему университету. Решение включить фамилию Зельмана в название Института медицины и психологии принималось ученым советом НГУ. И недоумение, прозвучавшее в вашем вопросе, было отринуто. Мы решили сломать шаблон. Не все традиции хороши: зачем обязательно ждать кончины человека, чтобы в полной мере отдать должное его заслугам? К тому же в Академгородке одна из улиц носит имя здравствующей Валентины Николаевны Терешковой — первой в мире женщины-космонавта.

— В последнее время в СМИ и социальных сетях ваш институт упоминается в связи с вырубкой леса под строительство новых зданий: учебного корпуса и университетской клиники. Что это за объекты, зачем они нужны?

— Начнем с учебного корпуса. ИМПЗ размещается сегодня в корпусе ректората НГУ, который еще какое-то время будут называть новым. Это, по существу, офисное здание. Кабинеты и аудитории, больше ничего. А для медицинского образования необходима разнообразная и современная лабораторная инфраструктура. Речь не только о приборах и ином оборудовании, но и, что очень важно, специальных помещениях. Где есть чистые комнаты и стерильные боксы, особая вентиляция и многое другое. Парадоксально, но факт: наш университет с его исторически сложившимся естественнонаучным уклоном, имеет всего один малоэтажный лабораторный корпус по улице Ляпунова. Он построен в конце 1960-х годов, давно не отвечает современным требованиям и интенсивно используется ФЕН НГУ. Нам приходится выкручиваться за счет аренды площадей в институтах,  за счет возможностей сторонней клинической базы и так далее. Но новый корпус, прежде всего для лабораторных работ, нужен «как хлеб и воздух» не только нашему институту, а практически всему университету.

— А зачем клиника? Ведь уже построен и работает упоминавшийся вами медицинский центр НГУ рядом сновыми общежитиями на той же улице Ляпунова?

— Медицинский, но не клинический. Медицинский научно-образовательный центр НГУ — амбулатория, в которую пациенты приходят и уходят, без возможностей стационара. Амбулатория позволяет решать многие задачи. Например, проводить клинические (то есть на особым образом подобранных добровольцах) испытания новых препаратов и других медицинских изделий. В частности, в МНОЦ завершены испытания нового ноотропного препарата для улучшения деятельности мозга, в настоящее время идет третья фаза клинических испытаний антиковидной вакцины, разработанной Федеральным научным центром исследований и разработки иммунобиологических препаратов им. М. П. Чумакова РАН. В МНОЦ проходят учебные занятия, там ведутся профосмотры и врачебные приемы для студентов и сотрудников университета, а также всех желающих на платной основе.

Но клинические испытания не делают амбулаторию клиникой. Для медицинского образования необходимо наблюдение пациентов день за днем круглые сутки. На сегодняшний день проблема решается в клиниках Новосибирска, но в третьем по величине городе России не очень удобно ездить из Академгородка в Горбольницу или тем более Мочище. Поэтому в план развития инфраструктуры НГУ было заложено строительство университетской клиники на 300 коек, оборудованной, как говорится, по последнему слову. Томографами разных типов, маммографами, другими диагностическими аппаратами, техникой и оборудованием. В комплекс зданий клиники запланирована гостиница для пациентов и их родственников.  Прилагательное «университетская» не должно вводить в заблуждение. В рамках программы «Академгородок 2.0» видится единая клиническая базы для подготовки студентов, ординаторов и врачей НГУ и НГМУ, а также для внедрения разработок институтов СО РАН. В их числе могу назвать диагностические тепловизоры Института физики полупроводников им. А.В. Ржанова СО РАН, комплекс мобильного оборудования для проведения анализа крови из Института химической кинетики и горения им. В.В. Воеводского СО РАН, различные лазерные системы медицинского назначения и многое другое.

Важно и то, что многопрофильная университетская клиника (работающая практически по всем специальностям, включая особо актуальную для Академгородка педиатрию и детскую хирургию) должна будет лечить жителей научного центра, в том числе и в рамках обязательного медицинского страхования. Что же касается вырубок… Всем, кроме нескольких особо непримиримых активистов, понятно, что площадка под строительство расчищена (с сохранением ценных пород) в необратимо умирающем лесу. Его губит нашествие американского клена и корневой губки: во время последней бури снова упало несколько десятков мертвых и больных деревьев, причем одно поперек улицы Пирогова, другое — на тротуар проспекта Коптюга. Машины и люди не пострадали по счастливой случайности. Не буду вдаваться в административные и юридические моменты этой истории, здесь более компетентны хозяйственные, строительные и другие службы НГУ. Но скажу в целом: Академгородок должен развиваться. Ему не пристало оставлять впечатление места, где остановилось время.

— И традиционный завершающий вопрос: каковы планы на ближайшее будущее?

— О перспективе наращивания инфраструктуры мы только что поговорили. Что же до учебного процесса как такового, то в ближайший год мы планируем открытие двух новых образовательных программ: «Фармация» со специализацией в области нейрофармакологии и «Медицинская кибернетика» совместно с механико-математическим факультетом НГУ.

Беседовал Андрей Соболевский

Фото автора (портрет), Университета Сколково (В.Зельман) и из презентации ФМПЗ НГУ

Документ предполагает взаимодействие организаций в сфере цифровых технологий, в том числе по вопросам развития совместных проектов по разработке наукоемкого программного обеспечения, исследований в области искусственного интеллекта, высокопроизводительных вычислений, информационной безопасности и т.д.

Стороны намерены также внедрять инновационные проекты в рамках цифровой трансформации, разрабатывать и тестировать решения в области облачных технологий, искусственного интеллекта, кибербезопасноти и многого другого.

«Сбер накопил богатый опыт в области цифровой трансформации, и мы с удовольствием готовы делиться своей экспертизой с партнерами. Мы очень рады подписанию соглашения о взаимодействии с СО РАН — интеллектуальный потенциал, накопленный здесь, сложно переоценить. Уверен, что впереди нас ждет длительное и плодотворное сотрудничество, которое принесет огромную пользу как для банка, так и для Сибирского отделения Российской академии наук», — отметил управляющий Новосибирским отделением ПАО Сбербанк Николай Владимирович Шилов.

Председатель СО РАН академик Валентин Николаевич Пармон прокомментировал: «В последние пять лет СО РАН последовательно наращивает сотрудничество с индустриальными партнерами. Сбербанк занимает в их ряду особое положение — и как успешный создатель цифровых экосистем, и как оператор супервычислений, организатор big data. Убежден, что взаимодействие академической науки и индустрии информационных систем даст множественные эффекты синергии».

Соб. инф.

Фото Юлии Поздняковой, «Наука в Сибири»

Организаторы мероприятия: Сибирское отделение РАН, Союз выпускников НГУ при поддержке Фонда Горчакова.

В программе сессии выделено 3 тематических трека (пленарные доклады и работа групп):«Цифровой форсайт и человеческий капитал», «Поле войны — наука и научные коммуникации»,  «Тропа Науки и научно-популярный туризм».

Модераторы — кандидат политических наук Иван Данилин (Институт мировой экономики и международных отношений РАН), футуролог Сергей Переслегин и член Союза дизайнеров России Александра Бобрецова. В обсуждениях примут участие ведущие ученые, политические консультанты, эксперты-международники.

Мероприятие пройдет в очном формате в Выставочном центре СО РАН (ул. Золотодолинская 11), участие бесплатное.

Обязательная регистрация на мероприятие и детальная программа доступна через сервис ГЛОБУС НГУ – https://globusnsu.ru/events/2022/academdiplomacy

Фото с первой сессии Андрея Соболевского

Конкурсная работа подается в Президиум СО РАН по электронной почте: scienceinsiberia@gmail.com с пометкой «Конкурс эссе» и должна содержать описание научной темы или технологии, которой, по мнению участника конкурса, сейчас не хватает человечеству. Также к эссе нужно приложить сведения об авторе и согласие на передачу прав на использование работы и обработку персональных данных.

Полный текст приложения вместе с необходимыми шаблонами доступен по ссылке.

«Наука в Сибири»

«Мои последние пять лет были отданы СО РАН, ― сказал Валентин Пармон, ― и я сделал все, что мог. Есть много того, что мы можем доделать, и я честно говорю: так же, как и раньше, буду отдавать всю свою жизнь СО РАН. Для меня это самая родная структура, я стал здесь взрослым человеком, получил огромный опыт. Хотел бы надеяться, что на меня можно положиться во всех обстоятельствах. Я слышу и критику, принимаю критические замечания. Мы находимся в академическом сообществе, которое требует особой этики поведения, меня этому учили с научного “детства”. Если мы будем доверять друг другу, если мы останемся едины (хотя у нас могут быть разные точки зрения на разные вопросы), то мы достигнем всего, чего хотим».

Во время обсуждения кандидатур, еще до начала процедуры голосования, сибирские ученые выражали поддержку Валентину Пармону.

Академик Александр Степанович Донченко напомнил, что в дореформенный период руководитель регионального отделения РАН оперировал двумя важными инструментами влияния: финансами и административными рычагами. «Сегодня совсем другая ситуация, ―констатировал ученый. ― У главы СО РАН практически нет ни того, ни другого, но Валентин Николаевич сумел найти себя как руководитель и без этих ресурсов. Он умеет быстро овладевать ситуацией, он способен формировать грандиозные, и в то же время выполнимые планы».

«Сибирское отделение создавалось для развития всей страны, ― подчеркнул академик Геннадий Викторович Сакович. ― Это обязательство мы должны нести через все времена, и, обсуждая развитие СО РАН, думать о будущем России в целом». Высказываясь в поддержку кандидатуры В. Н. Пармона, выступающий сказал: «Нужно опираться на кадры, имеющие большой опыт и высокий уровень ответственности. Валентин Николаевич в полной мере обладает этими качествами».

Академик Арнольд Кириллович Тулохонов призвал будущего главу СО РАН инициировать унификацию региональных структур Сибирского отделения, которые сегодня работают в разных форматах: научных центров и филиалов, иногда соседствующих. В то же время он высказался за то, чтобы эта задача была возложена на В. Пармона как главу СО РАН: «В сложнейших сегодняшних условиях важнейшая ценность ― это стабильность».

Преемственность как приоритет обозначил и академик Ренад Зиннурович Сагдеев: «В наше бурное время нельзя терять ни темпа, ни стабильности». Ученый выделил две главные заслуги В. Н. Пармона на посту председателя СО РАН: способность дать Сибирскому отделению право выступить самостоятельным оператором научных исследований и умение формировать и запускать современные комплексные программы развития. «У Валентина Николаевича репутация крупного ученого международного класса, это непременный атрибут председателя СО РАН», ― подчеркнул Р. Сагдеев. Он назвал и важные черты стиля Валентина Пармона как руководителя: высокую работоспособность и мобильность, позволяющую часто общаться вживую с главами сибирских регионов.

«Программа Валентина Николаевича подкупает своей выполнимостью, она идет от жизни, от практики, от реально сделанного» ― поделился академик Василий Филиппович Шабанов. Он напомнил основополагающий принцип Академии, заложенный еще Петром Первым, ― получение новых знаний. «И даже в условиях действующих правовых ограничений Валентин Николаевич ориентирует Сибирское отделение на выполнение этой миссии, демонстрирует на деле ее осуществимость».

«Издательская деятельность является ключевой для нашей Академии, для ее Сибирского отделения, для всех ее научных центров от Тюмени до Якутска, ― акцентировал академик Вячеслав Иванович Молодин. ― Под руководством команды В. Пармона объем финансирования издательского направления со стороны СО РАН за последние пять лет вырос с 15 миллионов рублей до 42, то есть фактически втрое. Сегодня в Сибири выходят конкурентоспособные на международном уровне научные журналы, большой массив прекрасных монографий». Вячеслав Молодин напомнил, что Сибирскому отделению удалось восстановить выпуск серии «Интеграционные проекты», а научно-популярный журнал «Наука из первых рук» считается лучшим в стране.

«Наука в Сибири»

Фото Юлии Поздняковой

«Я считаю абсолютно правильным, что вы выдвинули своего кандидата на выборах президента РАН, — отметил А. Сергеев. — На мой взгляд, Академию наук должен возглавлять ученый, который признан в стране и в мире. Второе: это должен быть человек, который точно знает организацию академической науки, который прошел по всем ступеням, от младшего научного сотрудника до директора успешного института. Третье: конечно же, в современных условиях очень важно, чтобы кандидат в президенты РАН имел опыт и успех во внедрении фундаментальных научных результатов, полученных в институте под его руководством, в практику. Наконец, я считаю, что руководитель РАН должен быть российским интеллигентом с хорошим чувством юмора, потому что работа в этой должности очень непростая, и иногда нужно посмеяться и поиронизировать над той или иной ситуацией». Александр Сергеев подчеркнул, что всеми этими качествами обладает Дмитрий Маркович, и пожелал ему набрать как можно больше голосов.

 

Говоря о задачах, которые сейчас стоят перед Академией наук, главной ее президент назвал наращивание функционала. «Он уже возвращается с хорошими темпами, и мы явно стоим на траектории с положительной динамикой», — считает академик Сергеев. Он акцентировал, что РАН должнапредлагать что-то новое и нужное для государства, доказывать, что умеет это делать. «Мы, безусловно, должны инициировать новые крупные программы и проекты, которые необходимы стране, а также переходить от научно-методического к реальному научному руководству институтами, — добавил Александр Михайлович. — Нам нужнопомогать нашей стране обеспечить технологический суверенитет и ближе и больше работать с оборонным комплексом. Я думаю, что роль РАН обязательно будет возрастать, и мы с вами сможем уже достаточно быстро вернуться к тому положению, которым обладала в глазах власти и общества Академия наук Советского союза».

 

«Наука в Сибири»

У любого  периода полномочий избираемого на пять лет руководства — как РАН, так и её региональных отделений — всегда есть своя специфика, нередко очень острая. Особенно явно это проявилось при первых после 2013 года выборов осенью 2017 года. Действительно, в 2013 году произошла коренная ломка устоявшейся за многие десятилетия системы жизни в Академии.  Пореформенные реалии потребовали использовать принципиально новые и еще мало опробованные подходы к управлению академической наукой.

 

К сожалению, произошедший в 2013 году перелом в жизни РАН закреплен законом, который, как известно, надо выполнять в любом случае. А изменение или хотя бы частичная коррекция законов — очень сложная процедура, которая зависит от множества чрезвычайно мало подвластных научному сообществу факторов и после лихих 90-х годов нередко приводит к хорошо известному в России результату: «хотели как лучше, а получилось как всегда».

 

Таким стал и 2013 год, когда созданная еще Петром Первым уникальная и не имевшая себе равных в мире структура, призванная обеспечивать государство рекомендациями, знаниями и столь необходимыми новейшими технологиями, внезапно стала (не побоюсь этого сказать — и по своей вине тоже) почти изгоем общества. Академию лишили возможности исполнять ее главную миссию — активно управлять развитием фундаментальной науки в стране и, как следствие, создавать  надежные основы для ее будущего. Конечно же, речь идет о проведенном  «из  лучших побуждений»  превращении РАН в почти беспомощный «клуб», поскольку из Академии в ходе поспешной реформы была изъята ее наиболее конструктивная и креативная сила  — научные институты.

 

О произошедшем сказано и написано очень много, и мне не хотелось бы вдаваться в эту полемику, которая с очевидностью будет вестись еще годами. Моя задача — попытаться показать, как руководство Сибирского отделения РАН, избранное в конце 2017 года и получившее в свои руки штурвал изрядно потрепанного упомянутыми штормами корабля, всё же решилось, опираясь на уже имевшийся опыт управления некоторыми научными организациями в условиях нестабильной квазирыночной экономики, пойти на решение многих, несомненно важнейших для Сибирского отделения задач, в значительной мере  опираясь только на собственные силы и опыт.

 

Безусловно, основной целью при этом было сохранение и, при необходимости, даже восстановление в новых условиях позиций СО РАН как лидирующего и наиболее интегрированного центра фундаментальных и поисковых исследований в России. А также, что крайне важно — как основного координатора науки и интеллектуального центра на огромной территории Сибирского региона, обеспечивая при этом выполнение задач, поставленных новым законом перед Российской академией наук и ее Сибирским отделением.

 

Не вдаваясь в детали огромного объема обозначенных этим законом рутинных задач, связанных в основном с экспертными функциями РАН, в момент выборов мы публично озвучили дополнительные задачи, решение которых было необходимо для сохранения лидирующих позиций СО РАН и могло опираться на наши реальные возможности без выхода из законодательного поля. Это:

-выполнение основной миссии РАН — максимального содействия возрождению и развитию экономики страны, укреплению ее обороноспособности в новых условиях;

-обеспечение системного решения кадровых и смежных с ними проблем Сибирского отделения (проблемы членства в РАН, проблемы молодежи, жилья, корпоративного целевого здравоохранения и многое другое);

-сохранение координирующей и научной роли ОУСов как главных носителей структурированного потенциала науки и научной компетенции в Сибири;

-завершение полноценной интеграции с СО РАМН и СО РАСХН, вошедших в СО РАН в 2013 году;

-восстановление взаимопонимания и конструктивного сотрудничества со всеми институтами государственной и региональной власти;

-создание интегрированного научного центра федерального значения на базе Новосибирского научного центра;

-инициирование в СО РАН крупных мультицисциплинарных исследовательских проектов в интересах решения проблем России и крупнейших отечественных компаний и госкорпораций;

-развитие интеграции с региональными университетами по вопросам как подготовки кадров для науки, так и осуществления совместных исследований;

-оптимизация сотрудничества СО РАН с малым и средним наукоемким бизнесом, содействие созданию и развитию новых технопарков и инжиниринговых структур, в том числе в интересах реализации достижений аграрных и медицинских наук;

-возвращение к идее М.А. Лаврентьева о создании вокруг научных институтов (а теперь и университетов) «пояса внедрения» практических результатов научных работ на современном уровне;

-объединение ученых для решения насущных задач сохранения экосистем региона, страны и планеты в целом.

Пять лет для новой команды, да еще в условиях практически выброшенных из активной работы двух лет тотальной пандемии, — это очень мало для полного выполнения публично озвученных задач. Тем не менее, по нашему мнению, получилось всё же многое. Ниже тезисно изложены некоторые итоги.

-Самый главный для СО РАН вопрос — это его кадровый состав, причем в новых условиях — академический. Результаты здесь есть. За прошедшие 5 лет в результате плотной работы как президиума СО РАН, так и, в первую очередь, всех ОУСов по направлениям наук численность членов РАН в составе Сибирского отделения  увеличилась с 212 до 227 человек. При этом произошло существенное улучшение беспокоившего все ОУСы соотношения численности членов-корреспондентов к численности академиков, стало 122:105 против исходного 109:103. Наиболее «урожайными» были выборы нынешнего 2022 года: всего по СО РАН были избраны 7 академиков и 29 членов-корреспондентов РАН. При этом существенно улучшилось соотношение членов РАН по регионам Сибири и Новосибирска: среди вновь избранных 29 членов-корреспондентов РАН почти половина пришлась на региональные научные центры СО РАН (13 человек). Численность наиболее перспективного резерва для Академии — профессоров РАН в Сибирском отделении также существенно увеличилась, с 75 до 111 человек.

-Продолжается традиция строительства жилья в формате ЖСК. Так, за пятилетие только в новосибирском Академгородке почти тысяча наших сотрудников  получили квартиры в новых домах «Бозона», «Протона» и других новостроек. Впервые в истории пореформенной РАН идет согласование документов на строительство жилья не только кооперативами, образованными научными институтами СО РАН,  но кооперативом с инициатором непосредственно ФГБУ « СО РАН».

-Наконец удалось решить остававшийся уже более десятилетия наиболее болезненным вопрос о качественном бесплатном медицинском обслуживании членов академии и квалифицированных научных сотрудников СО РАН. Так, в результате более чем трехлетней настойчивой работы руководства СО РАН специальным распоряжением Правительства РФ с июня этого года все входящие в Сибирское и другие региональные отделения РАН члены академии и их семьи прикреплены к самому квалифицированному в регионах России медицинскому ведомству: Федеральному медико-биологическому агентству (ФМБА).  Учреждения ФМБА имеются практически во всех крупных городах Сибири, где расположены и наши региональные центры. Ожидаем, что с августа существенно улучшится обслуживание и в изрядно потрепанном за последние годы бывшем «докторском диспансере» новосибирского Академгородка.

-Объединенные ученые советы СО РАН по наукам сохранили свои позиции в качестве главных носителей структурированного научного потенциала и компетенций СО РАН и существенно дополнили свой состав: сейчас в ОУСы в обязательном порядке входят профессора РАН и многие специалисты комплементарных университетов Сибири. Именно наши ОУСы взяли на себя основные функции подготовки конструктивных ответов на глобальные вызовы, возникшие в связи с начавшейся в 2020 году пандемией и с недавно объявленной России жесточайшей технологической блокадой.

-В Сибирском отделении произошла полноценная интеграция прежнего СО РАН с СО РАМН и СО РАСХН, вошедших в состав СО РАН в 2013 году. В частности, это проявляется в равноправном участии всех, независимо от предыстории, научных организаций и специалистов как в проведении научных совещаний, так и в работе по общим мультидисциплинарным проектам.

-Обеспечено конструктивное сотрудничество со всеми институтами государственной и региональной власти. Это вылилось, в частности, в разработку и утверждение Правительством РФ в 2018 с участием полпреда Президента РФ по СФО С.И. Меняйло Плана комплексного развития СО РАН и с участием губернатора НСО А.А. Травникова — программы развития Новосибирского научного центра («Академгородок 2.0»). Специалисты СО РАН —  непременные участники решения многих региональных вопросов, входят в органы управления субъектами Федерации. Само Сибирское отделение было принято ассоциированным членом Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» (МАСС).

-Реализуется, хотя и медленно, согласованная с Правительством РФ программа развития Новосибирского научного центра — «Академгородок 2.0». Тем не менее, ускоренными темпами идет строительство крупнейшего  российского объекта уровня мегасайнс — ЦКП «Сибирский кольцевой источник фотонов» (СКИФ) в наукограде Кольцово. В таком же ритме происходит расширение и реконструкция кампуса Новосибирского государственного университета. Утверждены инвестпроект  на почти кратное расширение площадей новосибирского Академпарка и мастер-план строительства нового микрорайона  «СмартСити-Новосибирск» между традиционным Академгородком и наукоградом Кольцово.                                                                                     

-ННЦ выиграл конкурсы на создание национальных центров международного уровня (НЦМУ) по математике и двух центров генетических технологий. Создан Центр  мирового уровня «Передовые цифровые технологии» в Тюменском государственном университете. Выиграны конкурсы на создание  Центров компетенций НТИ по водородной энергетике (ФИЦ «Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН») и новым материалам (Новосибирский государственный университет), инженерных центров в НГУ и Институте теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН.

-Кратно расширена инфраструктура лицея №130 им. ак. М.А. Лаврентьева, сданы в эксплуатацию гимназия № 3 в Академгородке и лицей «Технополис» в Кольцово. Согласовано долгожданное строительство детской музыкальной школы в Академгородке, идет работа по коренной реконструкции транспортной сети в ННЦ. Конечно, самым больным местом в реализации программы «Академгородок 2.0» является развитие научной инфраструктуры в виде запланированных центров коллективного пользования вокруг наших институтов. Это развитие возможно при вливании непосредственно федеральных ресурсов, что стало пока маловероятным.

-Крупнейшим успехом СО РАН в самые последние годы стало возрождение системы инициирования и реализации крупных интеграционных мультидисциплинарных проектов в новых условиях, когда по закону №253-ФЗ ни РАН, ни ее региональные отделения не имеют права выступать в качестве главного распорядителя бюджетных средств для проведения научных исследований. Тем не менее, и в этих условиях Сибирское отделение всё же смогло доказать, что оно является полноценной научной организацией, способной участвовать, наряду с НИИ и вузами, в конкурсе на гранты-«стомиллионники». ФГБУ «СО РАН» заявилось как научная организация, подав проект «Создание теоретической и экспериментальной платформы для изучения физико-химической механики материалов со сложными условиями нагружения» под руководством академика В.М.Фомина и выиграла конкурс.  Одновременно в том же 2020 году по просьбе полпреда Президента РФ по Сибирскому федеральному округу всего за  три недели СО РАН организовало и обеспечило проведение на средства ПАО «ГМК Норникель» комплексной Большой Норильской экспедиции по исследованию причин и последствий крупной экологической аварии вблизи Норильска с участием 14-ти институтов СО РАН из семи городов. Второй этап этой экспедиции с таким же широким участием НИИ был проведен в 2021 году, сейчас идет третий этап. В текущем 2022 году также по инициативе и за счет «Норникеля» СО РАН организовало и проводит еще более крупномасштабную Большую научную экспедицию по исследованию биоразнообразия на всех территориях, от Забайкалья до Кольского полуострова, где расположены производственные и логистические объекты «Норникеля».

Сходные мультидисциплинарные интеграционные проекты с участием большого числа НИИ и вузов инициированы СО РАН также по заказам ПАО «Татнефть», ПАО «Газпром нефть», АФК «Система» и многих других крупных компаний.  Для системной работы по организации и обеспечению таких проектов в структуре СО РАН создано специальное подразделение — Центр управления проектами, а также, впервые в системе пореформенной РАН,  несколько хозрасчетных научных подразделений. 

-Сибирскому отделению удалось, несмотря на многочисленные «набеги» извне, сохранить всю доставшуюся после 2013 года в наследие от прежнего СО РАН инфраструктуру в Академгородке. Это создало прочный фундамент для внебюджетной поддержки наших научных и научно-популярных журналов, а также решения многих затратных социальных задач типа ремонта и содержания сохранившихся в ведении СО РАН общежитий и спортивных сооружений, плюс хотя бы частичное поддержание в приличном виде лесов и улиц Академгородка. Это тоже очень непросто, так как  в Академгородке сейчас семь (! — как в известной пословице) хозяев.

-Существенно расширено взаимодействие с университетами Сибирского макрорегиона, в том числе путем участия СО РАН в создании мультидисциплинарных региональных НОЦ, а также вовлечения вузов в комплексные проекты СО РАН и работу ОУСов СО РАН. Сибирское отделение постоянно взаимодействует с Минобрнауки России по экспертизе и согласованию как тематик научных исследований в региональных вузах, так и тематик вновь образуемых молодежных лабораторий. С помощью СО РАН произошло существенное обновление приборного парка ведущих вузов Сибири. Так, только НГУ за пять лет получил новое оборудование на сумму немного менее 1 млрд. рублей. Совершенно новым опытом укрепления взаимодействия университетов с научными институтами СО РАН стало создание Иркутского филиала Сибирского отделения, в самой идее которого было заложено создание такой координации на уровне субъекта Федерации.

-Развивается сотрудничество с малым и средним наукоемким бизнесом, как путем содействия в развитии новосибирского Академпарка, так и через образуемые НОЦы. Для активизации этого процесса в 2020 году в Правительство РФ была подана заявка на создание Инновационного научно-технологического центра (ИНТЦ) «Новосибирский научный центр» в формате  технологической долины в рамках закона №216-ФЗ. К сожалению, начавшаяся пандемия прервала согласование этого проекта, столь важного для развития  лаврентьевского «пояса внедрения». Тем не менее,  новая версия проектной документации  находится на стадии разработки. Для повышения эффективности взаимодействия с бизнесом СО РАН учредило новый  журнал «Наука и технологии Сибири», интерес к которому превзошел все наши ожидания.

-Активнейшим образом все пять лет работал Научный совет СО РАН по проблемам озера Байкал, доказавший свою способность на самом высоком уровне отстаивать будущее великого Озера. Заработал новый Научный совет СО РАН по проблемам экологии Сибири и Восточной Арктики.

 

Хотелось бы надеяться, что опыт,  самостоятельно приобретенный Сибирским отделением в решении многих затронутых проблем, станет использоваться и «большой» Академией наук. Именно для этого Сибирское отделение выдвинуло кандидатом на пост президента РАН одного из наиболее опытных членов нынешнего руководства  нашего Отделения — его главного ученого секретаря, директора Института теплофизики им. С.С. Кутателадзе СО РАН, члена президиума РАН академика Дмитрия Марковича.

 

Как всегда, в ходе решения многих задач выявилось множество как ожидавшихся, так и совсем непредвиденных проблем. В минувшем пятилетии абсолютно неожиданной преградой, затянувшей, но, к счастью, не поставившей крест на решении многих поставленных задач, оказалась тотальная пандемия. Она вызвала серьезный и затяжной спад в экономике страны и секвестр научных бюджетов. В результате  замедлились и научные исследования в лабораториях, клиниках, экспедициях и на опытных полях.

 

Второй тоже абсолютно непредвиденной проблемой стала обрушившаяся весной этого года тотальная экономическая, политическая и технологическая изоляция России со стороны большинства западных и ряда примкнувших к ним стран, которые и ранее «сквозь зубы» наблюдали за происходившим шаг за шагом восстановлением сил и военного и политического суверенитета России. Сибирское отделение одним из первых в РАН откликнулось на участие в решении возникших проблем путем координации научных работ для противодействия пандемии и решения вопроса восстановления технологического суверенитета России. Так, именно СО РАН с нынешнего года обеспечило полную импортонезависимость страны по стратегически важным катализаторам нефтепереработки. Многие технологические решения и предложения СО РАН переданы в РАН по 12-ти находящимся в компетенции Сибирского отделения направлениям и руководству страны для реализации.

 

Как говорят в России, нет худа без добра. Вынужденная тотальная изоляция страны  стала очень сильным стимулом для восстановления технологического суверенитета  России и созидательной роли отечественной науки и, как мы надеемся, ее величия, о чем на протяжении последних десятилетий нам приходилось только мечтать.

 

Учитывая всё это и, безусловно, рассчитывая на поддержку здравых сил общества в восстановлении роли Академии наук, к уже решенным задачам на ближайшее пятилетие следует прибавить постановку, пока в рамках существующего законодательства,  не до конца решенных ранее задач, и добавить многие новые, о которых мы, хотелось бы надеяться, еще неоднократно побеседуем на страницах и сайте «Науки в Сибири».  В частности, это касается восстановления   лидирующих позиций  не только российской науки, но и экономики  Сибири и страны в целом. Это ставит в число первоочередных задач  продолжение поиска и реализацию адекватной отечественной модели развития и использования интеллектуального потенциала страны. Россия способна вернуть утраченное научное и технологическое лидерство.  Нынешняя обстановка явно способствует этому. С нашим человеческим потенциалом, природными ресурсами, обширной территорией нет ничего невозможного, несмотря на сложную внешнеполитическую и экономическую ситуацию. У СО РАН  были  и есть все предпосылки оставаться  площадкой создания и развития новой модели управления научным потенциалом страны.

Фото ТАСС, Юлии Поздняковой, Славы Gelio Степанова (анонс)

Открывая обсуждение, председатель СО РАН академик Валентин Николаевич Пармон напомнил, что представить по одному кандидату на пост главы РАН имеют право региональные и тематические (по направлениям наук) отделения Академии, а также группы ее членов от 100 человек. «От выбора президента зависит очень многое, — подчеркнул В.Н. Пармон. — У Академии есть ряд проблем, которые придется решать на основе компромиссов. Хотелось бы, чтобы ее новое руководство работало напрямую с первыми лицами государства и активнее восстанавливало позиции РАН». «К науке нужно повернуться лицом, и очень многое будет зависеть от того, кто возглавит нашу Академию», — сказал заместитель полномочного представителя Президента России в СФО Вадим Михайлович Головко. Вице-губернатор Новосибирской области Ирина Викторовна Мануйлова связала избрание главы Академии наук с необходимостью срочного укрепления технологического суверенитета страны и реализации региональных программ развития, таких как «Академгородок 2.0».

Академик Дмитрий Маркович выступил с предварительными предвыборными тезисами, построенными по принципу «проблема—решение». Среди ключевых проблем он выделил недостаточно активную позицию РАН в диалоге с властью, дистанцирование Академии от «неакадемической» (вузовской, ведомственной, корпоративной, федерального подчинения) науки, ее слабое участие в формировании государственной научно-образовательной и технологической политики, выключение РАН из экспертизы проектов ряда крупных организаций (таких, как МГУ им. М.В. Ломоносова, Высшая школа экономики, «Курчатовский институт»), невозможность Академии наук вести исследования собственными силами (СО РАН представляет здесь исключение) и другие.

Комплекс предлагаемых решений имеет в основе изменение статуса РАН — легитимизации ее не как учреждения, а как государственной академии с наделением правом законодательной инициативы и истекающее из этого включение Академии, ее органов и представителей в механизмы принятия всех государственных решений в сфере фундаментальной и прикладной науки, образования и технологического развития. «При этом должна измениться и сама Академия, — считает Д.М.Маркович. — Ей следует брать на себя проработку и решение самых масштабных задач. Стать инициатором и проводником крупных федеральных программ: климат, экология и планетарные риски, новая энергетика, элементная база и микроэлектроника, суперкомпьтерные центры, новые материалы и так далее. РАН следует инициировать новые проекты развития научно-образовательной, культурной и социальной инфраструктуры в различных регионах. Примеры — План комплексного развития СО РАН и программа “Академгородок 2.0”. Российской академии наук необходимо принимать более деятельное участие в уже реализуемых государством инфраструктурных проектах: Остров Русский, «Сириус», Иннополис и другие».

По мнению академика Д. Марковича, на Российскую академию наук может в целом распространиться парадигма, успешно реализуемая в возглавляемом им Институте теплофизики им.С.С. Кутателадзе СО РАН. «Она предполагает свободу  научного творчества, финансовую самостоятельность научных групп и лабораторий, прогрессивную молодежную политику, поиск и нахождение новых масштабных ориентированных проектов как в научных фондах, так и у промышленных партнеров», — перечислил выступающий.

После голосования Дмитрий Маркович поблагодарил членов президиума СО РАН за оказанное доверие: «Это был аванс. Теперь большой командой будем готовить предвыборную программу с учетом идей и предложений других кандидатов, неоднократно обсуждать ее в академическом кругу и других сообществах».

На расширенном заседании президиума СО РАН рассматривались также кандидатуры ученых, не входящих в состав Сибирского отделения — академиков Геннадия Яковлевича Красникова и Роберта Искандеровича Нигматулина. Выборы руководства РАН (президента, вице-президентов, академиков-секретарей) и его региональных отделений, включая Сибирское,  (председателя, его заместителей, главного ученого секретаря, членов президиума) должны состояться 19-24 сентября 2022 г. в Москве.

Для справки:

Академик Дмитрий Маркович родился в 1962 году в г. Дудинка Красноярского края, закончил Красноярский государственный университет. С 1989 года в Институте теплофизики им. С.С. Кутателадзе прошел путь от аспиранта до директора. Доктор физико-математических наук с 2003 г., член-корреспондент РАН с 2011 г., действительный член (академик) — с 2019 г. Главный ученый секретарь СО РАН, член Президиума РАН, член бюро и председатель комиссии по техническим наукам Координационного совета Программы фундаментальных научных исследований РФ. Лауреат Премии Правительства РФ в области науки и техники (2014 г.) и Государственной премии РФ в области науки и технологий (2019 г.)

Области научных интересов:

• Теплофизика, механика жидкости и газа, многофазные и реагирующие потоки, вихри и волны.
• Новые энергетические технологии, энергетическое и авиационное машиностроение.
• Оптико-информационные системы. Научное приборостроение.

Наукометрия:

• Более 350 публикаций, включая 200 статей из списка ВАК и WoS/Scopus, патенты/свидетельства о регистрации ПО, монографии, главы в монографиях.
• Индекс Хирша: Scopus (h = 25), РИНЦ (h = 28)

Преподавание:

• Профессор НГУ, ТПУ
• Руководитель ведущей научной школы (гранты Президента РФ) «Турбулентность в многофазных системах. Управление. Моделирование. Диагностика».
• Среди учеников более 10 кандидатов наук, 4 доктора наук, 1 профессор РАН.